2015-09-23 21:09:43
Матч моей жизни

Мирослав Ромащенко. Думал, что все еще впереди...

Мирослав Ромащенко. Думал,  что все еще впереди...Карьера Мирослава РОМАЩЕНКО походила на ворвавшийся в стратосферу метеорит — полыхала ярко, но сгорела быстро. И рухнула на землю маленьким куском обугленных надежд. Он успел стать дважды чемпионом России, завоевать Кубок этой страны, дойти до полуфинала Кубка УЕФА, поиграть в группе Лиги чемпионов, победить со сборной голландцев...


Но в сентябре 1998-го матч против датчан поставил крест на будущем футболиста. Получив травму мениска, Ромащенко-старший три года силился восстановиться и переносил одну операцию за другой. В итоге врачи так и не вернули Мирослава в спорт. Последний раз он вышел на поле в 24 года. Теперь убежден: матч жизни так и остался не сыгран. “Его попросту не могло у меня быть в столь раннем возрасте!” — взывает экс-полузащитник к нам...


Первый трофей

Памятных и значимых поединков в карьере хватало. Но не один из них не соответствует названию рубрики. Если бы выступал хотя бы до тридцати... А из того, что было, вспоминаются матчи, которые как-то отражались на карьере, двигали вперед, приводили к новым вершинам. Ведь каждый спортсмен работает ради титулов. Поэтому в душу запали встречи, обеспечившие, например, чемпионство “Спартака”, завоевание с ним же Кубка России, выход в группу Лиги чемпионов… И пусть в этих матчах я не всегда играл решающие роли, однако они вершили определенные периоды карьеры.
Конечно, больше всего впечатлений подарил “Спартак”. Как говорится, есть что вспомнить. Хотя, перебравшись в Москву, с трудом пробивался в основной состав. Очень нелегкий период. Потому что, приходя в такой коллектив, надо быть готовым ментально и психологически. Я же оказался не готов. Потребовалось время, чтобы приспособиться и понять философию клуба, чтобы проникнуться тем, чего хотел Романцев от команды и от футболистов того или иного амплуа. Привыкал также к скоростям, на которых работал “Спартак”. Поскольку в прежней команде — “Уралмаше” — они были значительно ниже. Соответственно надо было адаптироваться к быстроте принятия решений, к мышлению с мячом и без, чтобы не тушеваться на фоне партнеров. А в “Спартаке” что ни партнер, то личность. Люди, впечатляющие своим футбольным талантом. В середине поля — лучшие полузащитники страны: Цымбаларь, Аленичев, Титов... Кечинов со своим дриблингом. Защитники с неплохим первым пасом, что тогда еще для меня было в новинку, потому что нас не учили первой же передачей обрезать чужих нападающих и выходить из обороны. Все это поражало. Если в предыдущих клубах я мог сделать одно удачное действие и четыре неудачных, то в Москве такого не позволялось. И на тренировках каждое упражнение отрабатывалось с максимальной отдачей. Поэтому полгода пришлось пахать как черту, чтобы заслужить доверие Романцева.
Матчем, перевернувшим страницу моих безуспешных попыток пробиться в состав, стал домашний с сочинской “Жемчужиной” в сезоне-1997. Игра складывалась непросто, на табло долгое время держались нули, у “Спартака” ничего не получалось. Сразу после перерыва Олег Иванович велел выходить на замену. И так получилось, что сначала отдал голевую Тихонову — повели 1:0. После этого заработал штрафной и сам же его реализовал — 2:0. С той поры мое место в основе доставалось кому-то другому, только если получал травму или отбывал дисквалификацию. Матч с “Жемчужиной” стал своеобразным рубежом.
В том же 1997-м мы взяли золото чемпионата. И хотя “Спартак” в те годы доминировал в российском футболе, успех этот не выглядел легким. На финише сезона хватало матчей, которые складывались неудачно и могли подкосить команду. Я вот вспоминаю встречу с нижегородским “Локомотивом”. Оппоненты в борьбе за золото прилично простимулировали соперника. Мы уступали сначала 0:1, затем — 1:2, но в итоге вырвали победу 3:2. Первый ответный мяч стал одним из самых красивых в моей карьере: пробил с дальней дистанции, быстро сыграв на ограниченном пространстве, и застал врасплох Андрея Сацункевича. А победный гол я вовсе провел в добавленное время.
Судьба золотых медалей тогда решалась во встрече “Спартака” и “Ротора” в последнем туре в Волгограде. Конкурент набрал хороший ход. Одолеть его в гостях — задача очень сложная. За все время существования клуба это была, по сути, единственная возможность волгоградцев стать чемпионами страны. Представляете, что творилось вокруг матча? Однако мы победили 2:0, не слишком хорошо проведя первый тайм. Для меня это очень памятный момент — первый в карьере титул.
Запомнился и дебют в Кубке УЕФА осенью того же года. До этого имел лишь опыт выступления в Кубке Интертото за “Уралмаш” да матчи за сборную. Причем дебютировал на новом для себя уровне в скандальном противостоянии со швейцарским “Сьоном”. В гостях победили — 1:0, а дома отстояли устраивающую нас ничью — 2:2. Но соперник подал протест, требуя присудить “Спартаку” техническое поражение. Выяснилось, что ворота стадиона “Локомотив” не соответствовали стандартам УЕФА — оказались на 16 сантиметров ниже. Возражения, что они были одинаковыми для обеих команд, УЕФА во внимание не принял, но и поражение засчитывать не стал — назначил переигровку. Ох, как же нам хотелось поставить швейцарцев на место. Доказать, что дело не в размерах ворот и счет 2:2 еще очень даже неплохой для “Сьона”. В итоге в переигровке разгромили гостей — 5:1.

Против Роналдо

Сезон-1998 получился еще ярче предыдущего. Первый год выдался трудовым, приходилось много пахать, бороться с собой. А здесь сразу навалилось много событий, к которым оказался напрямую причастен. Продолжался Кубок УЕФА, где дошли до полуфинала. В марте дважды победили голландский “Аякс”, после чего попали на итальянский “Интер”. А здесь уж как ни старайся — соперничать очень сложно. Стоит напомнить, что тогда в составе миланской дружины играл лучший на то время футболист мира Роналдо. Человек из ничего делал такое, чего любой другой никогда бы не повторил. Плюс половина сборной Италии и легионеры высочайшего уровня: Саморано, Симеоне... А у нас иностранец только один — Робсон. Остальные — славяне: россияне, белорусы, украинцы. И то сыграли неплохо — дважды уступили 1:2. Считаю, были достойны оказаться в финале, если бы не Роналдо...
Не менялся ли я футболками с кем-то из звезд? В свое время лежали какие-то майки с матчей и Кубка УЕФА, и Лиги чемпионов, и сборных. Но уже все раздал. Осталась только одна футболка — спартаковская, с гостевого поединка против “Аякса”. Поскольку цвета клубов совпадали, в Москве сделали единственный в истории экземпляр формы красно-черного цвета. Раритет! В нем победили в Амстердаме — на фарт надели и дома.
Время диктует свои условия. Сейчас другая жизнь, другие реалии, другой рынок. Невозможно представить, чтобы российские команды, играя своими ребятами, достигали таких высот. Тогда все футболисты моего поколения и старше, которые выступали еще в чемпионатах СССР, были сильны школой. В каждом регионе создавались спортивные интернаты, куда шел отбор со всей области и даже с нескольких. Уровень технической оснащенности был очень высок. Летом играли в футбол, зимой плавали в бассейне либо гоняли шайбу. То есть были всесторонне развиты. Сегодня такого нет. Только единицы занимаются несколькими видами. Отсюда и все остальное...

Игра на уколах

Летом 1998-го мы завоевали Кубок России. Играли в финале с московским “Локомотивом”, с которым тогда вели принципиальное соперничество. Встречи с железнодорожниками по значимости можно было сравнить с поединками против ЦСКА. Семин из года в год пытался завоевать чемпионство, но это никак не удавалось. Разумеется, хотел уколоть “Спартак” хотя бы в Кубке. Но в Лужниках при огромном скоплении народа мы победили 1:0 — еще один трофей.
А осенью была группа Лиги чемпионов, где я, к сожалению, провел всего два матча. Так получилось, что оказались в одной группе с австрийским “Рапидом”, мадридским “Реалом” и... миланским “Интером”. И вот аккурат в третьем туре на “Сан-Сиро” я дебютировал в группе ЛЧ. Это было уже после злосчастного матча за сборную против Дании. Врачи сделали артроскопию колена. Немецкий доктор из леверкузенского “Байера” сказал, что травма серьезная, поврежден хрящ, отвечающий за гладкое скольжение костей. После такого непросто оставаться в спорте. Заказывали определенные лекарства, уколы (помню, приходили они из Англии) для поддержания хрящевой ткани. Все это вводилось регулярно, но ни к чему хорошему не привело. Как и говорил врач, с каждой тренировкой, с каждой игрой состояние ткани только ухудшалось. А мои мучения усиливались...
И вот на этих уколах играл против “Интера”. К тому времени уже около месяца пытался восстановиться. Было очень трудно. Физических кондиций не хватало. Плюс действовал на позиции опорного полузащитника, которая требовала большого объема работы. Тем не менее в целом выглядели неплохо, вели 1:0, однако в итоге снова уступили с тем же счетом — 1:2.
Через две недели опять встретились с итальянцами. Этот матч стал вторым и последним для меня в Лиге чемпионов. Получилось, что четыре кряду поединка в еврокубках провел против “Интера”. Увы, ни разу не удалось выиграть. Хотя в последнем на “Лужниках” долго вели 1:0 и лишь в концовке упустили победу. Забил Симеоне, который с нарушением правил напрыгнул на нашего защитника. А перед этим и меня оттолкнул соперник. Из-за этого не смог дотянуться до мяча. Представьте: находились в двух минутах от победы, но сыграли вничью... Это, по сути, означало поражение. Очень обидно! Уже по дороге в раздевалку выплеснули много эмоций, высказывали претензии друг другу... Но это нормальная история. Команда — единое целое. Проявление таких эмоций означает, что футболистам не все равно.
После был еще “Реал”. Команда готовилась в Сочи, и там я понял, что бесполезно пытаться что-либо сделать с коленом. Вернулся в Москву. А когда “Спартак” играл с испанцами, я уже находился в Германии на операции.
Дальше началась рутина. Как день сурка — одно и то же. Ничего не менялось в течение последующих трех лет, пока пытался вернуться. Но зла ни на кого не держу — к сожалению, случилось так, как случилось. Возможно, отчасти и моя в том вина. А может, и всецело моя.
Про тот злополучный матч с Данией уже столько говорено... Раз сказал, второй, пятый, десятый... Надоело. Лучше я расскажу про официальный дебют за сборную — против Люксембурга. Рядом на поле находились Алейников, Зыгмантович, Метлицкий, Сацункевич... Звезды времен Советского Союза, на которых относительно недавно смотрел с трибун или у экрана телевизора. А здесь уже оказался с ними в одной обойме и сразу забил. Тогда получился неплохой сплав молодости и опыта. К составу подпускались Саша Хацкевич, Валик Белькевич... Интересное и памятное время. Хотя ярких моментов со сборной пережить не удалось. Были лишь отдельные всплески, дарившие зрителям радостные эмоции. Кстати, такой компанией, как во встрече с Люксембургом, больше мы не собирались. Алейников на том матче закончил выступления за сборную. Реже стал призываться Метлицкий. В 1995-м завязал с национальной командой и Зыгмантович...

Сын за отца

К сожалению, до матча жизни я не дошел, не добежал... Но нельзя зацикливаться на том, что было вчера, поэтому живу сегодняшним днем. У меня нет привычки пересматривать какие-то записи, ностальгировать. Иногда навеет — и что-то вспомнишь. Да и многое уже забывается. Всплывает в памяти, только когда встречаемся с футболистами того поколения. Сейчас я уже тренер.
Ступая на эту дорогу, не собирался компенсировать то, чего не успел в течение не столь долгой игровой карьеры. Потому что это совершенно разные профессии, в чем давно убедился, и убеждение это лишь крепнет. Поверьте, нет такого, что кто-то хочет, чтобы условный Иванов на определенной позиции сыграл именно так, поскольку в свое время так не сыграл тренер. Наставницкое дело — совсем другая глава жизни. Но она еще слишком коротка, чтобы о ней говорить.
У меня сын продолжает заниматься футболом. И многие считают, что родители через детей порой хотят самореализоваться, добиться того, чего сами не смогли. Но посмотрим, как у него сложится: если получится — хорошо, если нет — ничего страшного. Давить никто не собирается. Просто я видел его влечение и не препятствовал. Старался помогать, возил на тренировки. Однако всегда повторял: нравится — тренируйся, не нравится — скажи, не стесняйся. Я могу дать что-то в начале пути, а дальше, если сын по каким-то критериям не будет проходить на более высокий уровень, отец не сможет его продвигать. Все зависит от ребенка. Он сам должен захотеть. Сейчас на своем локальном уровне у него получается. Будет соответствовать — пойдет дальше.
А что касается матча жизни... Каким он мог стать? Трудный вопрос... Он должен сложиться исходя из того, какой была карьера. Соответственно если я выступал на уровне чемпионата России и Лиги чемпионов, значит, это могли быть какие-то более статусные встречи в этих турнирах. Например, выход из группы и какой-то поединок плей-офф. Когда ступаешь на газон перед играми главного еврокубка, слушаешь гимн турнира, противостоишь лучшим футболистам мира, то, наверное, думаешь, что дальше будет что-то еще... Но что? Не могу сказать... Жил теми реалиями и был счастлив. Безусловно, думал, что все еще впереди, возможно, хотелось уехать играть в Западную Европу. Какие-то мысли на сей счет имелись...



Комментарии (0)