2003-08-13 13:56:09
Интервью

ПОРТРЕТ. Марина Кресс: снова в омут с головой

ПОРТРЕТ. Марина Кресс: снова в омут с головой

Ровно четыре года назад центровая национальной сборной Беларуси по баскетболу Марина КРЕСС дала объемное интервью “Прессболу”. Тогда она сидела на чемоданах перед отъездом в Россию, рискнув в неполные девятнадцать лет встать на легионерскую стезю. “Жизнь легионера не сахар”, — философствовала Марина, знавшая о ней лишь по рассказам старших подруг. “Так и есть”, — подтверждает баскетболистка сегодня, поиграв за этот период в составе двух российских и польского клубов. Кресс снова пакует чемоданы: со дня на день она отправляется во Францию, где как минимум в течение сезона продолжит игровую карьеру в клубе “Вильнев д’Аск”. Вновь в омут с головой…




ДОСЬЕ “ПБ”


Марина КРЕСС. Родилась 23.08.80 в Минске. Мастер спорта. Рост — 192 см. Центровая/форвард. Баскетболом начала заниматься в 1990 году в спортивной секции СШ N 153. Первый тренер — Сергей Трифонов. Выступала за команды: РУОР (Минск, Д1) (1995-96), “Горизонт” (Минск, Д1) (1996-99), “Чеваката” (Вологда, Россия, Д1) (1999-2000), “Динамо” (Москва, Россия, Д1) (2000-2001), “Лончность” (Ольштын, Польша, Д1) (2001-2003), “Вильнев д’Аск” (Вильнев д’Аск, Франция, Д1) (с 2003-го). Трехкратная чемпионка Беларуси (1997, 98, 99), чемпионка России (2001), серебряный призер первенства Беларуси (1996). Чемпионка (1999) и серебряный призер (1998) Балтийской лиги. В прошедшем первенстве Польши имела наивысшие статистические показатели сразу в трех номинациях. Выступала за молодежную сборную страны. В составе национальной сборной Беларуси провела 21 официальный матч, средняя результативность — 6,9 очка.


Ниточку с родиной рвать не спешила


— После отъезда из минского “Горизонта” какие главные события в твоей жизни произошли?


— Стала чемпионкой России, два сезона провела в Польше под руководством своего тренера Анатолия Сергеевича Буяльского и в компании горизонтовских подруг… Да в общем-то ничего особенного, кроме того, что стала на четыре года старше.


— Тебя так тяготит твой нынешний возраст?


— Нет, просто начинаешь осознавать, что уже не восемнадцать и пора думать о чем-то большем.


— Насколько сложно дался переход в легионеры? Оторвалась от родной команды, тренеров, родителей…


— Я считаю себя коммуникабельным человеком, поэтому на новом месте осваивалась достаточно легко. К тому же мне попадались неплохие коллективы, так что особых трудностей не испытывала. Как будет дальше — не знаю.


— Замечу, что к твоим переходам в московское “Динамо” и ольштынскую “Лончность” были причастны белорусские тренеры — Семен Халипский и Анатолий Буяльский. Значит, ниточку с родиной все равно не рвала.


— Наверное, настал тот момент, когда ей придется разорваться: уезжаю во Францию, где нет земляков — ни партнеров, ни тренеров.


— Не страшно бросаться в омут с головой?


— А чего бояться? Опыт кое-какой уже имею, надо стремиться достигать больших вершин. Все-таки чемпионат Франции в Европе котируется как один из самых сильных. Интересно попробовать себя на приличном уровне.


После “Динамо” думала, что попала в рай


— Можно ли считать, что переход из “Динамо” в “Лончность” стал для тебя качественным шагом вперед?


— Конечно. “Лончность” в дебютный год сразу же заняла в экстра-классе чемпионата Польши четвертое место, и это было расценено как огромное достижение. Не жалею, что уехала из “Динамо”, хотя бы потому, что, насколько я знаю, финансовое положение там с каждым годом становится все хуже и хуже. Очень удался для меня последний год в плане личных достижений. Так что я вполне довольна.


— А с чем это связываешь? Первый год в новой команде получился для тебя вкатывающим, а во втором выстрелила?


— Первый сезон был тоже неплохим. Попала в символическую пятерку лучших иностранцев польского чемпионата, пригласили на “Матч звезд”.


— На который ты тем не менее не попала…


— Помешала травма. Я тогда отдохнула, подлечилась, но в конце сезона все равно пришлось лечь на операцию. Уже вторую на колене за свою недолгую карьеру. А “Матч звезд” смотрела по телевизору.


— Огорчилась, что не засветилась в звездной компании?


— Нет. Я как-то спокойно отношусь ко всем этим вещам. Не получилось сейчас, получится в другой раз.


— Однако в этом сезоне не позвали, хотя твои личные статистические показатели были выше, нежели прежде.


— Вначале голосование шло в Интернете, а потом состав называл тренер. Он меня не позвал…


— Польский баскетбол имеет какие-то отличительные черты? Что там не так, как в России?


— В каждой стране есть две-три команды, которые борются за медали и имеют более мощную финансовую базу. А вот по среднему уровню остальных польская лига, думаю, уступает российской. Но слабой ее никак не назовешь. Я не жалею, что два года поиграла там.


— Но ведь в этом сезоне клуб нерегулярно выплачивал вам зарплату и до сих пор не рассчитался с баскетболистками.


— К сожалению, в финансовом плане год действительно выдался крайне неудачным. Фактически нам заплатили только за первый месяц, а дальше — сплошные обещания и просьбы потерпеть. Сначала — до Нового года, потом еще чуть-чуть и еще... В предыдущем сезоне все оговоренные в контрактах суммы выплачивались день в день, и после московского “Динамо”, где перебои с зарплатой не редкость, у меня было ощущение, будто попала в рай.


— Почему же в “Лончности” обмелел финансовый поток?


— От клуба отказался главный спонсор, найти же по ходу сезона другого руководство не смогло. Кстати, когда в газеты просочилась информация о том, что нам задолжали приличные суммы, журналисты писали: “Президент клуба должен на руках носить белорусских баскетболисток, которые играют за “спасибо”. Другие уже давно уехали бы из Ольштына”.


— А была возможность?


— Была. В период зимних переходов нам с Беатой Крупской-Тышкевич предлагали перейти на три месяца в “Пабьянице”, который в итоге финишировал вторым. Неплохие условия, был шанс хоть что-то заработать.


— И что же?


— Уговорили остаться. Железно пообещали заплатить, и снова слово не сдержали.


Комплексом провинциальности не страдала никогда


— На площадке тебе пришлось соперничать со звездами европейского и даже мирового уровня, которые выступали в ведущих польских клубах.


— Верно. Была возможность поиграть против баскетболисток, которые выступают на уровне женской НБА, имеют в послужном списке золото Олимпиад и чемпионатов мира. В той же “Гдыне” собраны очень сильные игроки, сражаться с ними всегда было крайне интересно.


— А коленки не дрожали?


— Нет, уже вышла из того возраста, когда перед игрой бил мандраж. Конечно, волнуешься — не без этого. Но это нормально: если нет волнения, пора на покой.


— Значит, комплекс провинциальности, мол, как это я, девчонка из минской Серебрянки, смогу сдержать олимпийскую чемпионку, в себе изжила?


— А его и не было.


— Самооценка на уровне?


— Не в этом дело. Я была одним из лидеров команды, знала, что от меня требуется игра определенного уровня. Поэтому дрожи в коленках просто не могла себе позволить. Тем более что прошедший сезон оказался очень сложным для “Лончности”: фактически его вытянули на своих плечах пять с половиной баскетболисток. И если из игры выпадала хотя бы одна, о победном результате можно было не мечтать.


— Из пятерых лидеров “Лончности” трое — бывшие игроки “Горизонта”. Это помогало?


— Очень. С Наташкой Трофимовой мы давние подруги, да и с Ленкой Кравченко после ее возвращения из Америки быстро сошлись. У нас вообще была самая дружная команда во всей польской лиге. Когда партнеры друзья, да еще свой тренер — это существенная поддержка.


— В ходе матчей Анатолий Буяльский общался с командой, естественно, по-польски. А если надо подсказать, предположим, персонально тебе или Трофимовой, переходил на русский?


— Нет, все равно говорил по-польски. Привычка. Мы сейчас, когда созваниваемся, и то иногда автоматически на польском разговариваем. Трофимовой так даже удобнее: за четыре года она стала настоящей полькой.


— Есть ли у тебя секрет, как настраиваться на ответственные матчи?


— Особых секретов нет. Просто стараюсь в день игры поменьше есть. На голодный желудок злее играю.


— А влияет ли на уровень твоей концентрации сила противника?


— Главное, не думать о том, что соперник проходной. Чуть дашь себе слабину — тут же последует расплата. Польский чемпионат очень непредсказуемый, мини- сенсаций было предостаточно.


— С какими командами тебе больше нравится играть: с сильными, против которых приходится выкладываться на все сто, или с аутсайдерами, когда можно поработать на персональную статистику?


— С фаворитами играть тяжело, зато интересно. Самое сложное соперничать с командами из середины таблицы — им нечего терять. Скажем, каждый раз были проблемы в поединках с варшавским СМС — это типа нашего РУОРа. Девчонки молодые, носятся по площадке как угорелые, сражаются за каждый мяч, буквально бьются головой о паркет. Но мы все-таки брали верх.


— Насколько сильную духом команду удалось слепить Анатолию Буяльскому?


— Считаю, что в первую очередь “Лончность” была сильна коллективом. Жили единой семьей, без каких-то группировок.


— А как же ваша, белорусская?


— Про нас действительно говорили: белорусская мафия. Но это так, в шутку. Мы никогда не держали себя обособленно от команды, мол, мы белоруски, и будем сами по себе. Наоборот, старались больше контактировать с польками. Думаю, основная заслуга Анатолия Сергеевича в том, что он создал в команде дружескую атмосферу. И это в большой степени сказалось на результате.


“Наполеон” не потяну, ограничусь “Рыжиком”


— До отъезда из отчего дома ты признавалась, что кухарить не любишь и не умеешь. Самостоятельная жизнь научила?


— Конечно. Супчик сварить, котлетки пожарить уже смогу.


— А к своему дню рождения, который не за горами, торт “Наполеон” соорудить слабо?


— Слабо. Пока мои кулинарные способности позволяют рассчитывать разве что на мамин фирменный тортик “Рыжик”.


— Лето хорошо провела?


— Нормально. На недельку съездила в Россию, а так в основном отдыхала дома. Мама откармливала.


— Не боишься перед Францией набрать лишних килограммов?


— Так ведь я сдерживала себя. Правда, чего мне это стоило! Мама у меня умелица — столько вкуснятины готовит!


— Спортивную форму поддерживала?


— А как же. С середины июля начала по утрам бегать кроссы, ходить в тренажерный зал. Вот только с игровым залом проблема: все закрыты, РУОР недоступен, “Горизонт” — тоже, негде даже побросать по кольцу. Давать себе вольницу нельзя. Я вот перед майской поездкой сборной в Гдыню расслабилась, и это сразу же сказалось на игре. Хотя сезон был крайне сложным, и капитальный отдых организму был просто необходим.


— Когда-то в интервью “ПБ” ты сказала, что классный баскетболист должен обладать филигранной техникой, быстрой реакцией, интуицией и хорошими мозгами. Ты уже близка к своему идеалу?


— Пока далека. А что касается качеств, то на первое место я бы теперь поставила мозги. Все больше убеждаюсь, что в баскетболе очень многое зависит от умственных способностей спортсмена. На площадке надо хорошо соображать. Ничего не добьешься ни руками, ни ногами, если голова “не догоняет” игру.


Когда выходишь на площадку, о деньгах не думаешь


— В минувшем чемпионате “Лончность” сделала шаг назад — финишировала пятой, хотя вполне могла побороться за медали. Что случилось с командой в четвертьфинале, когда после двух выездных побед над ЛКС вы неожиданно дважды уступили дома, а потом в драматичном матче проиграли и решающий, пятый поединок?


— Думаю, нас подвела физическая усталость. К тому же в Ольштыне неудачно сыграли лидеры, в первую очередь я. Что-то процент попаданий у меня резко пошел на убыль, хотя в Лодзи, наоборот, действовала удачно. Особенно тяжелым выдался последний поединок. За пять минут до конца мы выигрывали восемнадцать очков, и, казалось, путевка в полуфинал у нас в кармане. Но неожиданно все пошло кувырком. Мы не забили пару-тройку стопроцентных мячей, а хозяева были точны. А тут еще тренеры ЛКС выпустили девчонку-резервистку, которая и выходит-то на площадку раз за матч, и у нее пошли броски — восемь очков подряд набрала. Наступил перелом, ну и, конечно, тут же за дело взялись судьи: кто же в такой ситуации позволит обыграть хозяев! У них на матче все спонсоры собрались, шампанское на банкетном столе дожидалось...


— Как восприняли поражение?


— Тяжело. Поревели, естественно. Ведь настраивались на то, что сможем побороться за медали.


— Это было реально? Ведь команде почти весь сезон не платили зарплату, а играло, как ты сама выразилась, пять с половиной человек.


— В этом году мы выглядели посильнее себя прошлогодних. К тому же, когда выходишь на площадку, совершенно не думаешь о том, что у клуба перед тобой огромные долги. Есть соперник, которого нужно обязательно победить. Остальные проблемы отодвигаются на второй план. Но нам не повезло… Однако предаваться кручине было некогда: предстояли матчи за пятое место, и мы заставили себя забыть об этом обломе. Хотя зарубка на сердце, безусловно, осталась.


— В нынешнем чемпионате ты стала лучшей сразу в трех номинациях: по средней результативности, подборам в целом и подборам на чужом щите. Значит, можно утверждать, что ты — лучшая центровая.


— Нет, первая, без сомнений, Малгожата Дыдек, а я на втором плане. Честно говоря, не особо интересовалась статистикой, поэтому, когда мне позвонили из Польши и сказали, что я снова попала в символическую пятерку лучших зарубежных игроков, было, конечно, приятно.


— Если не ошибаюсь, у Дыдек рост двести двенадцать сантиметров?


— Официально — да, а на самом деле, по-моему, больше.


— У тебя же на целых двадцать сантиметров меньше. Как можно было ее обойти?


— Дело в том, что Дыдек играла в матчах чемпионата всего по двадцать минут, а я — по сорок. Отсюда и разница в результативности. Конечно, с Малгожатой тяжело соперничать. Вроде бросаешь чисто в кольцо, как вдруг появляется ее рука и — блок-шот. В последнее время старалась играть подальше от кольца, выходила за дугу, бросала “трешки”. Иначе с ней бороться сложно. Но мне чаще приходилось играть четвертого номера, и тогда на меня в защите переключалась американка Мелвин. Цепкая как клещ. Уж лучше бодаться с Дыдек…


Польский язык специально не учила, он сам “прилип”


— В бытовом плане быстро удалось адаптироваться в Польше?


— Когда приехала в команду, на помощь Трофимовой рассчитывать не могла — она сдавала в Минске сессию. Поэтому было трудновато, по вечерам звонила домой: ой, скучно! Но потом все быстро стабилизировалось. Ведь особой разницы между Беларусью и Польшей нет. Может, чуть выше уровень жизни. Хотя поляки жалуются, что по сравнению со странами Евросоюза они бедствуют.


— “Белорусская мафия” жила вместе?


— Нет, порознь. Клуб предоставил такую возможность, почему бы ею было не воспользоваться? Все-таки две хозяйки у плиты — это уже повод для конфликтов. А нам их не хотелось.


— Как развлекались?


— Иногда собирались компанией в каком-нибудь ресторанчике пообедать, пару раз ходили в клуб. Но в основном сидели по домам: в этом году шиковать было не на что.


— С языком справилась быстро?


— Даже не заметила. Причем специально не учила, все осваивала на ходу. Язык не очень сложный, много слов похожих на наши. Считаю, за два года освоила язык неплохо.


— С французским будет тяжелее…


— Наверняка. Но мне сказали, что в команде тренер общается с игроками на английском, а это уже легче — его я учила в школе. Конечно, будет намного сложнее, чем в Польше. Именно языкового барьера больше всего опасаюсь.


— Кроме тебя, много легионеров в команде?


— Даже не знаю. Мне сообщили только, что на пятом номере будет играть африканка. В общем, придется знакомиться с командой на месте.


— У Вольной не консультировалась?


— Знаю, что Света осталась очень довольна, как, впрочем, и клуб ею. Платили исправно. Единственное, сказала, что надо пахать и пахать. Так мне к этому не привыкать.


— На какой срок подписала контракт?


— На год.


— Сейчас вырваться домой будет сложнее.


— Это правда. А тут еще игры сборной в ноябре отменили — не приедешь лишний раз в Минск. Конечно, буду скучать по родным, друзьям, хотя они в основном разлетелись по белу свету. Ну ничего, дома почти четыре месяца пробыла — душу отвела.


— Неужели надоело?


— Дома не может надоесть. Просто когда год бесплатно отработала, то и отпуск не очень интересен. Пора браться за дело.


— Какова твоя обязательная программа после приезда домой?


— Никаких программ не строю. Заметила: как только что-нибудь спланирую, тут же все рушится. Поэтому живу одним днем.


— Перед отъездом на легионерские хлеба ты зарабатывала в “Горизонте” по двадцать долларов в месяц. Что-то изменилось в характере, когда заработки стали значительно выше?


— Мне кажется, ничего кардинально не изменилось. Иногда задумываешься о том, что надо бы заняться накопительством, ведь в случае травмы, от которой не застрахован никто, могут возникнуть проблемы. Но у меня это пока не выходит. Я плохой прагматик. Конечно, уже осознаешь, что можешь себе позволить чуть больше. Скажем, не пятьсот граммов конфет, а килограмм. (Смеется.)


— Неужели фирменные бутики обходишь стороной?


— Отчего же, захаживаю. Когда позволяют финансы, можно приличнее одеться, подобрать хорошую обувь нужного размера. Не то что раньше: почти круглый год джинсы да кроссовки.


— Модное поветрие — женщина за рулем. Не отстаешь от моды?


— Отстаю. И очень жалею, что ни в Польше, ни теперь в Минске не сдала на права. Мне ведь французский клуб выделил автомобиль. Была бы практика. А так придется на своих двоих…


— Чувствуешь в себе водительские способности?


— Трудно сказать насчет способностей. Как-то попробовала управлять машиной — мне понравилось.


О французском выборе, надеюсь, не пожалею


— Кроме варианта с Францией, других не было?


— Приглашали почти все польские команды экстра-лиги. Агент говорил, что были предложения из Италии, Литвы. Сначала подумывала о переходе в другой польский клуб, но агент убедил, что пора подниматься на более высокий уровень. К тому же сыграло свою роль недоверие руководителям польского клуба. Ведь гарантии нет, что их коллеги из другого города не будут такими же голословными. В общем, приглашений было достаточно много, но я остановилась на Франции. И, надеюсь, не пожалею об этом.


— А раньше о Франции не мечтала?


— Я знала, что наивысший уровень женского баскетбола в Италии и Франции. Ориентировалась на Лилию Малую, которая поиграла в обоих чемпионатах. Так что мечты начинают сбываться.


— Знаешь, интуиция подсказывает, что на родине Дюма тебе действительно понравится и ты пропишешься там надолго. Благо и фамилия твоя звучит на французский манер — менять не надо.


— Дай бог! Буду делать все для того, чтобы доказать: белорусы тоже могут успешно выступать на высоком уровне.


Быть ветераном в 24 почетно и... смешно


— Если не против, поговорим о сборной. После неудачного первого круга отборочного раунда чемпионата Европы, когда сборная Беларуси уступила во всех трех матчах, произошла смена на капитанском мостике — Виктора Белевича сменил Анатолий Буяльский. Но чуда не случилось: оставшиеся поединки принесли нам тот же нулевой итог. Сами-то верили, что сможете сыграть сильнее?


— А как же без веры! Но мы осознавали, что будет неимоверно тяжело. Полагаю, нас надломило психологически домашнее поражение от Латвии. И хотя во втором круге играли сильнее, результата не смогли достичь. Что и говорить, провальным получился для нас цикл. Даже вспоминать о нем не хочется.


— Не обидно, что при разделении национальных сборных по дивизионам ФИБА откомандировала Беларусь во вторую лигу?


— Признаюсь, не знала об этом. А на что, собственно, рассчитывать при таких результатах? Будем пробиваться в элиту.


— Анатолий Буяльский декларировал курс на омоложение сборной. Как считаешь, верное решение?


— Да. Хотя, по большому счету, все это достаточно условно. Кроме сестер Анжелы Дубойской и Оксаны Долгоруковой у нас возрастных игроков и нет. Когда ехали на турнир в Гдыню, даже шутили между собой, что Трофимова и Кравченко в двадцать четыре года стали ветеранами. Конечно, теперешняя сборная больше похожа на “молодежку”, зато какие у нее перспективы!


— Неужто так велик потенциал обновленной сборной?


— Во многом это будет зависеть от того, как подготовится команда, насколько действенной окажется помощь руководства федерации и Минспорта. Новая система проведения отборочных турниров в летнее время имеет несомненный плюс: есть возможность собрать всех сильнейших, в том числе и девчонок из Америки, хорошенько потренироваться, сыграть в каком-нибудь турнире. Будем надеяться, что о нас не забудут, станут помогать. Ведь великолепное выступление кадеток на чемпионате Европы доказывает: белорусский женский баскетбол возрождается.


— Не опасаетесь конкуренции со стороны подопечных Виктора Белевича и Семена Халипского?


— Наоборот, рады будем приходу в сборную талантливых девчонок. Здоровая конкуренция никому не мешала.


— Дежурная фраза…


— Разве можно не радоваться тому, что в сборную пришла Настя Веремеенко? Ведь у нее колоссальный игровой потенциал! Верю, что нашу команду ждет не одна громкая победа. Главное, чтобы Анатолий Сергеевич сумел создать в сборной такой микроклимат, который был у нас в “Лончности”.


— Что же мешает?


— Так ведь он еще и года в сборной не проработал. Настоящий коллектив с ходу не создашь, тут спешка может только навредить. Поэтому надо набраться терпения. А результат придет — я верю. Мы еще пошумим в Европе…





Комментарии (0)