2019-08-01 21:20:49
Чемпионат Беларуси

Высшая лига потеряла восемь игроков. “Кресты” на сезоне, или При чем здесь синтетика

Высшая лига потеряла восемь игроков. “Кресты” на сезоне, или При чем здесь синтетикаВ самом начале домашнего матча БАТЭ с польским “Пястом” случился эпизод, о котором потом говорили не меньше, чем об игре. После ординарного единоборства Егор Филипенко рухнул на газон с перебитым коленом, и с тех пор матерого защитника в деле мы не видели.


И пока не вполне ясно, когда увидим. Как и вратаря Дениса Щербицкого. Как и нападающего Антона Сароку.
Травмы — бич сегодняшнего БАТЭ, но быт современного футбола. И кабы дело касалось только Борисова, одной констатацией и обошлись бы. Посочувствовав заодно Алексею Баге, постоянно латающему состав в битвах на два фронта.
Однако БАТЭ — это всего лишь пример. Причем, как бы это ни звучало, вполне естественный, если учитывать интенсивный график “желто-синих”, которые из года в год проводят чуть ли не по полсотни матчей. Другое дело, что серьезнейшие травмы время от времени фиксируются и в других клубах — тех, что играют преимущественно в комфортном недельном цикле. Собственно, это тоже быт, правда, в нынешнем сезоне проблема приняла угрожающий масштаб. Кажется, такого производственного травматизма в белорусской высшей лиге не бывало с тех времен, когда Игорь Ковалевич засовывал в гетры вместо щитков свежий номер “Прессбола”. Корреспонденты “ПБ” решили покопаться в причинах.

***
Первым пациентом с жутким диагнозом в этом году стал полузащитник “Ислочи” Олег Патоцкий. 14 марта, в ответном матче кубкового четвертьфинала с БАТЭ, он пошел в единоборство с Мукамом и рухнул как подстреленный на газон. К темнокожему борисовчанину ноль претензий. Дело было на стадионе ФК “Минск”, что на улице Маяковского, бутса Патоцкого застряла в синтетике и сила инерции ударила в колено. И колено пошло на излом.
Завтрашнее МРТ принесло кошмарные новости: разрыв передних крестообразных и всех боковых связок колена. В те же дни рулевой “волков” Виталий Жуковский говорил о случившемся с болью в голосе: “Будем поддерживать Олега и поможем ему с качественной операцией. Нужно сделать все возможное, чтобы парень не закончил с футболом”.
Парень не закончил. Сегодня, спустя четыре месяца, он продолжает восстанавливаться. Операция, сделанная в Вильнюсе, прошла успешно. Но вопрос, когда полузащитник снова выйдет на поле, остается открытым.
— Сейчас прохожу реабилитацию, индивидуально работаю с тренером Ольгой Литвинко, — рассказывал недавно клубной пресс-службе футболист. — Целый день — тренировки, тренажерный зал, бассейн. Бывает, все расписано по часам. Уже начал чуть-чуть бегать — пока на дорожке в зале. Вы не представляете, какие эмоции получил, когда первый раз пробежался. Понял, что я могу — и это было офигенное чувство! Но от перехода на улицу пока решили воздержаться. Не нужно форсировать сроки восстановления. Когда сыграю? Здесь вообще не нужно загадывать.
Попробуем загадать мы. Разрыв крестообразных связок колена — одна из самых тяжелых травм в профессиональном футболе. Раньше такой диагноз нередко обрывал карьеры, сейчас его успешно лечат. В обиходе футболистов такая беда называется “кресты”. Как правило, срок полного выздоровления составляет около полугода.

***
Защитник “Минска” Юрий Остроух шестью месяцами не ограничится. Он стал второй ласточкой, полетевшей навстречу хирургам в нынешнем сезоне. 19 апреля, матч “горожан” с “Дняпром”. Ничем непримечательная игра, итоговый счет — 0:0.
О тех скучных нулях все давно забыли — все, кроме Остроуха. Для него футбол закончился на 68-й минуте. Травма, экстренная замена. И послематчевые слова Андрея Разина: “Что-то с коленом. Ушиб и, возможно, на его фоне какое-то повреждение”. По горячим следам главный тренер не ошибся. Правда, повреждение оказалось серьезным настолько, что принесло тот же печальный итог, что и у ислочца Патоцкого — полетели “кресты”. Пока колено не подводило, 31-летний футболист успел сыграть четыре матча за команду, в которую вернулся прошлым летом после трех с половиной сезонов в минском “Динамо”. И этим его участие в текущем чемпионате завершилось — таков приговор врачей. Роковая “поломка” настигла Остроуха опять-таки на стадионе по улице Маяковского. Правда, он винит в том не поле, а человеческий фактор. Не отрицая при этом, что сочетание травы и синтетики здоровья не прибавляет.
— История моей травмы проста, — рассказывает Юрий Остроух. — Она случилась в четвертом туре во встрече с “Дняпром”, на искусственном поле стадиона ФК “Минск”. Во время предсезонки тренировались также на синтетике, но, когда потеплело, перешли на натуральное поле стадиона “Торпедо”. Конечно, постоянно чередовать траву и искусственное покрытие никому из футболистов не нравится. Потренируешься неделю на одном, потом на другом — сразу же сказывается на коленях, на приводящей мышце. Нужно определенное время, чтобы привыкнуть.
Впрочем, в моем случае синтетика совсем ни при чем. Просто есть в составе соперника один такой деятель, безголовый, — Хвалько. Многие замечают, что часто играет грубо. Ударил в левую ногу поверх колена, она ушла в сторону. Через неделю сделал МРТ — оказалось, надрыв боковой связки, растяжение крестообразной, внутренний надрыв — короче, полный “букет”. При этом соперник даже не позвонил и не извинился. Думаю, это о многом говорит.
Посоветовался с докторами, сказали, что операцию пока делать не стоит. Через некоторое время приступил к тренировкам, начал “закачивать” ногу, но на первом же занятии колено ушло в сторону, почувствовал хруст. Понял, что все. Усугубил надрыв крестообразной связки. Три недели назад в Киеве сделал операцию, теперь предстоит долгое восстановление. Стандартные шесть месяцев, так что на поле в лучшем случае появлюсь следующей весной...

***
“Ислочь” и “Минск” — два клуба высшей лиги, имеющие постоянную прописку на улице Маяковского. Пока по весне стояла непогода, домашние матчи здесь проводили и другие столичные команды — “Динамо”, “Торпедо” и “Энергетик”. В первом круге чемпионата на синтетике ФК “Минск” прошло аж 23 матча. При стандартной нагрузке (из расчета “одна команда — один стадион”), равной 15 играм за 30 туров.
“Мы — дети Маяковки”, — сказал недавно Алексей Бага, имея в виду неважное состояние футбольной инфраструктуры в стране. В Минске со стадионами вообще беда, о чем лучше всего знают футболисты “Энергетика”, играющие на “Колизее” РЦОП- БГУ, вмещающем 1500 зрителей. Там тоже искусственное поле, а еще... “Там рядом стоянка, люди сдают на права. И рядом проходит матч высшей лиги...” — еще одна выдержка из критических тезисов главного тренера БАТЭ, который знает, о чем говорит.
Важно: сам по себе стадион на улице Маяковского вполне неплох. Электроосвещение, компактные трибуны — сооружение даже имеет международный сертификат. Если бы его не было, следовало бы экстренно придумать. Потому что, не будь на карте Минска этого футбольного “оазиса”, неизвестно, где бы принимали гостей такие многочисленные нынче минские клубы.
И “поляна” на ФК “Минск” необходимым требованиям отвечает. А перестанет отвечать, вместо нее постелют другую — поновее. Все, как того требует время. Справедливо считается, что искусственные покрытия для нашего климата чуть ли не единственный выход. Содержание натурального газона стоит немалых усилий и денег, а синтетика стерпит все — выходи и играй в любую погоду. Особенно если есть подогрев. На Маяковке он имеется.
Футболисты часто жалуются в прессе на травмоопасную специфику искусственных полей. Не та амортизация, другие нагрузки на мышцы и суставы, стресс для организма. Хотя справедливости ради следует уточнить: травмы провоцирует не синтетика как таковая. Напротив, в современном футболе с его высокими технологиями “фальш-траву” научились делать максимально приближенной к натуральной. Но разница все же остается — и именно она играет пагубную роль.

***
Частый переход с естественного поля на искусственное и обратно — вот фактор, из которого вырастают медицинские проблемы. Ноги не успевают привыкнуть к одному покрытию, как бегать приходится уже по другому. Именно это создает дискомфорт и в конечном счете подрывает здоровье. Чаще всего страдают возрастные игроки, чей организм уже изношен и уязвим и в чьем анамнезе за годы безупречной службы накопилось немало различного рода повреждений.
“Ислочь” — самое любимое дитя Маяковки. Уже потому, что “волки” они не простые, а очень- очень взрослые. Шагойко недавно исполнилось 39, Быченку 34, Янушкевичу и Концевому по 33. Это одна из наиболее возрастных команд высшей лиги, которая к тому же тренируется вовсе не на искусственных полях. Как правило, ислочцы проводят тренинг на натуральной траве в Веснянке. То есть регулярно чередуют синтетику и естественное покрытие. Гвозди бы делать из этих людей. Можно сказать, они легко отделались, потеряв надолго лишь одного Патоцкого (хотя по ходу сезона травмами средней степени тяжести мучились и другие). Но можно взглянуть на вопрос иначе — и отдать должное тренерскому штабу и медикам “Ислочи”. Выбрав такой сложный путь, “волки” умеют минимизировать риски и ущерб для здоровья своих великовозрастных футболистов.
Не сказать, что БАТЭ Маяковка обходится дороже, но, говоря в марте о травмах, Алексей Бага подчеркивал: “Постоянно приходится переходить с земли на синтетику и обратно. Как бы мы ни хотели, сталкиваемся с этим. Куда бы ни уезжали, как бы ни планировали, в любом случае в Беларуси в начале сезона играем на искусственном покрытии. Для отдельных ребят есть противопоказания — их бережем. Другие говорят, что могут, но потом вылезают болячки”.
Среди тех, у кого противопоказания к синтетическим покрытиям, по всей видимости, значится Слободан Симович. Так здорово подменивший в основе борисовчан Филипенко, опытный серб наверняка с содроганием вспоминает стадион ФК “Минск”. В апреле прошлого года он не доиграл матч с “горожанами”. В начале второго тайма, вскрикнув, он упал на злополучный ненатуральный газон и покинул поле только на носилках. Вердикт оказался классическим: разрыв крестообразных связок колена. Операцию Симовичу делали в Риме. В строй он вернулся только в октябре — спустя шесть с половиной месяцев. С тех пор на Маяковке он только зритель.

***
Итак, важная особенность бытования команд — частота, с какой футболисты меняют покрытия в процессе тренировок и матчей. При этом не все здесь зависит от желаний самих команд. Возьмем для примера “Витебск” — клуб с вполне достойной инфраструктурой. К услугам северян полный пакет натуральных полей. На родном ЦСК, где команда Сергея Ясинского принимает соперников, газон естественный. Тренировки витебляне также проводят на “живой” траве — на запасной “поляне” Центрального спорткомплекса. И лишь когда погода не благоприятствует — ранней весной и поздней осенью, — приходится переходить на синтетику, которая имеется в распоряжении клуба.
Но это домашнее хозяйство. На выезде выбирать не приходится — надо ехать в столицу и играть то на Маяковского, то на РЦОПе у “Энергетика”. Даже в недавней Лиге Европы витебским футболистам пришлось напрягать связки и голеностопы на потертом искусственном газоне в финском Куопио.
Сложно установить в точности, как сильно это бьет по здоровью игроков. Ясинский полагает, что к текущим травмам в команде переход на синтетику отношения не имеет, и подвергать его слова сомнению оснований нет. Однако это не отменяет прискорбного факта: прямо сейчас в “Витебске” есть два футболиста, переживших разрыв крестообразных связок.
Руслан Теверов в прошлом году не был ключевой фигурой северян, но играл регулярно. В основном выходил на замену и на здоровье не жаловался. Этот сезон снова начал в ранге твердого резервиста и в первом же матче вышел на замену. 9 марта “Витебск” играл кубковый матч с гомельским “Локомотивом”, Теверов появился на поле на 69-й минуте, а на 89-й его уже сняли с пробега. Холод, плюс 5 градусов — дело было на искусственном поле и ничем хорошим для футболиста не закончилось. “Кресты”, операция — и реабилитация, продолжающаяся до сих пор.
22-летний россиянин Ильмир Нурисов прибыл в Витебск зимой. Погоды не сделал, но какую-никакую практику имел. Как и Теверов, чаще выходил на замену. И так получилось, что “довыходился”. В скандальном матче в Бресте его выпустили за четверть часа до конца — чтобы спустя пять минут, после жесткого стыка с Милевским, аврально эвакуировать с поля. “И так скамейка короткая, а тут Нурисов получил травму... Дай бог, чтобы у него все было хорошо”, — сокрушался после игры Ясинский. Бог не дал. Те же связки, вид сбоку.

***
Как и витебляне, “Слуцк” в родном городе играет и тренируется на естественной траве. Но в гостях бывает иначе, плюс по весне “поляна” городского стадиона пришла в критическую негодность. “Ислочь” пришлось принимать в спартанских условиях — на синтетическом газоне местного колледжа. После того матча, проигранного 1:3, рулевой Виталий Павлов говорил горячо: “Ох, это какой-то злой рок... Начиная с десятой минуты, потеряли из-за травм сразу четырех игроков! С этими искусственными полями... На них наши парни, которым за тридцать, и “ломаются”. И начал перечислять фамилии: Образов, Бобко, Яцкевич, Панкратов.
В “Слуцке” в этом году с травмами такой кошмар, что БАТЭ позавидует. В продолжение сезона под опеку медиков попадали Анюкевич, Кибук, Курилов, Бамба, Акьям, Тимошенко, Трубило, Савостьянов. Если бы в Беларуси проводился чемпионат среди больных, “сахарники” выиграли бы его с отрывом.
Неудивительно, что при такой эпидемии не обошлось без особо тяжелого случая. По закону подлости таковой произошел с легендой клуба — капитаном Игорем Бобко, который проводит в команде десятый сезон. По иронии судьбы, все случилось отнюдь не в боевых условиях. По канонам жанра, порвались крестообразные связки.
— Травму получил на предыгровой тренировке накануне матча в Городее в конце июня, — вспоминает 33-летний полузащитник. — Шла борьба. Выставил ногу, а парень сыграл против меня жестко в корпус. Я сразу же почувствовал сильную боль в колене. Понял, что случилось что-то серьезное. Через три дня сделал МРТ, по итогам которого и поставили такой диагноз. Спустя неделю отправился на операцию в Киев. Ехать туда посоветовал Дима Герман, с которым играли в “Слуцке” в прошлом году. Другие ребята тоже рекомендовали, и доктор жодинского “Торпедо” Андрей Ясюкевич, который меня туда направил.
После операции пробыл в Киеве несколько дней. Реабилитолог дал программу работы на месяц, пока я хожу с костылями. Делаю облегченные упражнения, чтобы понемногу разрабатывать ногу. Сейчас нахожусь дома — в Барановичах. А затем восстанавливаться продолжу, скорее всего, в Минске. Там предстоят серьезные занятия — курс реабилитации. Когда мышцы будут готовы к работе, попробую приступить к пробежкам. В любом случае выбыл из строя до конца сезона. Раньше таких травм у меня не было. В прошлом году случился разрыв передней мышцы бедра, из-за чего пропустил три месяца. А сейчас, выходит, полгода.
Думаю, мое нынешнее повреждение — скорее случайность. Да, партнер на той тренировке мог сыграть и по-другому — выставить корпус раньше. Тогда я не стал бы тянуться за мячом и не подвернул бы ногу. Но обиды на него не держу. Это не то, что стряслось с Димой Германом, когда ему прыгнули в ноги сзади. Некрасиво! Причем, по сути, в родном городе — в игре в Бресте с “Динамо”, у которого наш клуб и взял его в аренду. Вот это больше всего удивило. А у меня все иначе — без злого умысла. Повальные травмы в “Слуцке”? Даже не знаю, с чем это связано. Такое сейчас наблюдается не только у нас. В БАТЭ тоже много травм — возможно, из-за множества матчей. Да и футбол стал еще более контактным, с обилием борьбы. А так, какой-то одной причины для объяснения у меня нет.

***
20 июля в Бресте жодинский торпедовец Обрадович открыл счет и, празднуя гол, развернул в телекамеру футболку с фамилией Щербо. Это был акт поддержки, к которому присоединились партнеры. Тот матч белазовцы в итоге проиграли 1:4, но Владимир Щербо жест наверняка оценил. Помочь команде он не мог — и не сможет уже до конца сезона. Причина все та же — “кресты”, и вот здесь синтетика точно ни при чем. Но от этого, как говорится, не легче. “Торпедо” потеряло матерого 33-летнего защитника. Вадим Скрипченко его ценил и исправно выпускал в основе. Бороться за медали теперь придется без него.
— Все случилось на тренировке в середине июля — за два дня до игры в Бресте, — воспроизводит события пострадавший футболист. — Вдвойне обидно, что на ровном месте. Не было никакой борьбы, ни столкновения — просто оступился в игровой серии. Неудачно поставил ногу, корпус чуть сместился в другую сторону, бутса зарылась в землю, колено сдвинулось вбок. Чистая случайность! Даже не знаю, за что мне это. Первая в карьере столь серьезная травма и, надеюсь, последняя. Сейчас приходится пропускать половину чемпионата.
Тогда услышал несильный хруст от смещения коленного сустава. Боль длилась с минуту, а потом прекратилась. Я и следующие два дня ничего особо не ощущал. Думал, обошлось. А затем прошел МРТ — увы... Операцию сделал в конце месяца в Киеве. Доктор команды Андрей Ясюкевич сразу же туда позвонил и обо всем договорился. Можно было и у нас, но если в Минске, то только через две недели. А тянуть, сами понимаете, не хотелось.
Первый месяц восстанавливаюсь под руководством Андрея Сергеевича. Это я сейчас на пару дней заглянул в Брест — на день рождения дочки. А так все время нахожусь в Жодино. Ясюкевич контролирует весь процесс лечения, пока не сошла опухоль, и я еще не могу нормально сгибать ногу. А затем, если все будет хорошо, намечается реабилитационный сбор в Хорватии на две недели. Спасибо руководству клуба, которое сразу же пошло навстречу. Мне все организовали, в том числе в финансовом плане. Оплатили и операцию в Киеве, и реабилитацию.
У меня же, помимо разрыва крестообразной связки, еще и мениск надорвался. Так что восстановление затянется. А вообще, все зависит от организма, поэтому у каждого это время индивидуально. Я, например, уже на второй день после операции начал делать упражнения. Так что поживем — увидим. Доктор говорит, что можно попробовать выздороветь к декабрю. Но смысл, если в чемпионате останется провести один тур? Так что торопиться ни к чему. Будем лечиться постепенно и готовиться уже к следующему сезону.

***
Зимой “Гомелю” вполне повезло — удалось завлечь из Одессы годного украинца Евгения Смирнова. Парень регулярно играл в основном составе “Черноморца” и отбыл в Беларусь, не дожидаясь, пока его родная команда вылетит во второй дивизион. Наверняка мог сыскать место и более доходное, но выбрал гомельский вариант. В команде Алексея Меркулова тоже быстро стал своим, но надолго идиллия не затянулась. Сначала, 27 апреля, его подкосил выездной матч с “Ислочью”. Да-да, на Маяковке, где украинца пришлось менять уже на 5-й минуте. “Похоже, повреждение мышцы задней поверхности бедра...” — молвил после матча тренер “Гомеля”.
Из игры Смирнов выпал на полтора месяца. Вернулся на поле в середине июня, чтобы сыграть два матча и загреметь в больницу уже с куда более серьезными проблемами. Разрыв крестообразных связок случился на тренировке. Парню уже сделали операцию — сезон для него, похоже, закончен.
“Зелено-белые” на то и южане, чтобы дело с синтетикой иметь лишь изредка. Сложно сказать, та ли именно коллизия в игре с “волками” аукнулась позже, но что здоровья она не прибавила — факт, как говорится, медицинский.
Другие южане — “Славия” — с некоторых пор имеют в своем распоряжении искусственное поле. Его уложили на стадионе “Спартак”, где обычно занимается дубль. За резервную команду бегает и 21-летний полузащитник Валерий Сенько, на которого имеет виды тренерский штаб “молодежки”. Но и этот футболист в июне встал на паузу. И снова-таки по подозрению на “кресты”.
Еще раз, чтобы не возникло ощущения, будто синтетика — зло белорусского футбола. Вовсе нет: по большей части искусственные газоны у нас укладывают современные, а не войлочные ковры, приклеиваемые к бетону клеем “Момент”. На такой же синтетике (довольно, кстати, дорогостоящей) играют везде в Европе, причем не только Восточной. Голеностопы, мышцы и связи расшатывает другое — необходимость часто переходить с одной “поляны” на другую. С натуральной на искусственную и с искусственной на натуральную. При нашей сложной метеорологии это неизбежность. Но как сделать, чтобы при этом не страдало здоровье футболистов?..



Комментарии (0)