2005-01-13 06:28:00
Чемпионат Беларуси

НА КРУГИ СВОЯ. Юрий Мархель: по своей вине

НА КРУГИ СВОЯ. Юрий Мархель: по своей вине

И вторая попытка Юрия МАРХЕЛЯ закрепиться в футболе ближнего зарубежья потерпела неудачу. По молодости да протекции старшего брата тогда еще молодой и неопытный форвард попал в Северную Осетию, где во владикавказской “Алании” и узнал, почем фунт легионерского лиха. Затем, после двух успешных сезонов в жодинском “Торпедо”, 24-летним бомбардиром он влился в белорусскую диаспору, собранную под патронажем Анатолия Юревича в Запорожье. Сегодня в тамошнем “Металлурге” нет ни Юревича, ни Мархеля — клуб произвел кадровую реформу. Новый сезон Юрий начнет в новой команде, какой стал для него “Гомель”.




— Едва ли ошибусь, предположив, что Запорожье ты покинул с облегчением.


— С большим облегчением. Сперва было ничего, нравилось. А потом, когда из белорусов там мало кто остался, потянуло домой. Не лежала душа к “Металлургу”.


— Как и у “Металлурга” к тебе...


— В Запорожье еще летом задумывались над созданием новой команды. Ходили разные разговоры. На смену Сергею Боровскому пришел Валерий Яремченко. С его появлением другим стало многое. Отношение к белорусам в том числе.


— Под руководством скольких тренеров успел поработать в Запорожье?


— Их было трое. В хронологическом порядке это Юревич, Боровский и Яремченко.


— Ни при одном из них ты так и не открыл счет своим голам в украинской высшей лиге. За два месяца, что прошли с тех пор, нашел объяснение неудачам?


— Сам виноват. Ничего другого сказать не могу. Был шанс в “Алании” — не использовал. В “Металлурге” — такая же история. Выходит, причина во мне.


— Психология?


— Не знаю, вероятно, и она. А может, опыта не хватает. Или сказывается удаленность от дома. Как только куда-нибудь уеду — ничего не получается. Юревич, который позвал меня в “Металлург”, не отказывал в доверии: ставил в состав. Я очень хотел оправдать его ожидания, старался. Но все без толку. Чувствовал: способен играть на этом уровне, а на поле ничего не выходило. В итоге, уже при Яремченко, оказался в дубле. У нас были нормальные отношения с этим тренером. Он мне прямо сказал, что я не подхожу его команде, чтобы искал другую. Рабочий момент. Такое в футболе сплошь и рядом. Мне дали возможность выступать за дубль, в то время как некоторых других ребят, выставленных на трансфер, и такой радости лишали. В их числе был Женя Линев. Его Яремченко отчего-то невзлюбил.


— Ссылка в резерв больно ударила по самолюбию?


— Не слабо. Хотя я и еще пару игроков готовились с основным составом. Это означало, что есть шанс доказать поспешность тренерского решения об отправке в глубокий резерв. Однажды, после четырех забитых мячей, мне это удалось: вышел в основе на кубковый матч против винницкой “Нивы”. Но опять неудачно, и снова отправился в чемпионат дублеров.


— Как там, кстати?


— Поля хорошие. Не хуже, а то и лучше, чем у наших команд высшей лиги. Есть, правда, одно исключение — Запорожье... Газон — просто ужас. На выезде играешь — поле зеленое и ровное, как бильярдный стол. А дома... Приедут к нам дублеры киевского “Динамо” или “Шахтера” и не знают, что делать на этом огороде.


— Скучно, видно, куковать в резерве. Не мудрено и захиреть от тоски...


— Так ведь было с кем общаться. Артем Челядинский, Женя Линев, латыш Валик Лобанев... Собирались после тренировок, выходили в город, пытались развеяться...


— Какой смысл ты вкладываешь в слово “развеяться”?


— Кино посещали, сидели где-нибудь за чашкой кофе, DVD смотрели. Город небольшой, футболисту чудить опасно — везде шпионы. Да и не по этим я делам. Домой, к слову, часто звонил, родным, жене.


— Не знал, что ты женился...


— Уже больше года прошло. Это случилось в ноябре 2003-го. Как раз перед отъездом на Украину. В мае ребенок родился. Прямо в Запорожье, кстати. Жена в то время была со мной. Потом они уехали, а я остался. Сына Никитой назвали. Крестили уже в Минске. Недавно — в субботу.


— Ну вот тебе, Юра, и причина. Не зря, значит, считают, что женитьба отрицательно влияет на кондиции футболиста. А ты о психологии...


— Ага, и Юревич туда же. Знал бы, говорит, что недавно свадьбу сыграл, в команду бы не взял... Так что отчасти, может, ты и прав.


— Белорусов вообще не жаловали в команде и ее окружении?


— Некоторая дистанция существовала. Даже со стороны болельщиков было довольно прохладное отношение.


— Клеймили позором и нехорошими словами?


— Да нет, ничего нелицеприятного с трибун в наш адрес вроде не кричали. Но и поддержки как-то не ощущалось. По крайней мере я ее не чувствовал. А как ушли Юревич с Боровским, перестали чувствовать все — болельщики заодно начали ругать и своих. Команда-то внизу таблицы.


— Следовательно, твоя поездка на Украину оказалась ошибкой...


— Это с одной стороны. А с другой — то время не было таким уж бесполезным. Один только приобретенный опыт чего-то да стоит. В “Металлурге” есть футболисты, у которых можно многому научиться. Андрей Демченко, Юрий Максимов, Сергей Попов. Двое последних когда-то играли в украинской национальной сборной.


— Твое главное впечатление от футбольной Украины?


— Оно не отличается оригинальностью. Есть два клуба — киевское “Динамо” и донецкий “Шахтер”. Это элита. Чуть позади — “Днепр” и “Металлург” из Донецка. Остальные команды такие простые... И футболисты в большинстве своем вполне обычные. Ничего сверхъестественного. Из массовки выстрелить может любой. Кому больше повезет. Так мне показалось.


— Будучи за границей, откуда черпал новости о белорусском футболе?


— А мне “Прессбол” привозили. Читал. С Артемом Челядинским еще и в Интернете лазили. Находился в курсе всех дел. Потрясла, конечно, смерть Якова Шапиро. Мне брат утром позвонил, сказал. Для меня это был удар. Жодинский период — самый светлый в моей карьере. А все благодаря Якову Михайловичу. Взял в команду, безгранично доверял. Игра была — одно удовольствие.


— Радостных новостей из родных мест не поступало?


— Сложно что-то такое припомнить. Ну разве что звонок из Гомеля. Он обнадежил. Гомельчане заинтересовались мной еще летом. И заранее поставили в известность. Это, разумеется, приободрило. Появилась надежда, что запорожский период не затянется. Контракт с “Металлургом” был долгосрочным, до 2009 года. Руководство “Гомеля” имело твердое намерение решить дело в короткий срок, чтобы я, спокойно отдохнув, приступил к работе с командой с первых дней межсезонья. Я был не против. И все сложилось как нельзя лучше. Быстро, ясно, конкретно. Уже в первых числах ноября заключил трехлетний контракт.


— Не рановато ли? В те дни еще и трансферный период не начался. Почему не захотел ждать более выгодных вариантов продолжения карьеры?


— А где гарантия, что я бы их дождался? Меня что, “Манчестер” бы позвал или “Милан”? Некоторые выставленные “Металлургом” на трансфер ребята до сих пор не могут из Запорожья уехать. Руководство такие цены заламывает... Я не знаю, какие точки соприкосновения нашли с запорожцами гомельчане, однако вопрос, повторяю, решился оперативно. И я этому только рад. Тем более что уехал не лишь бы куда. “Гомель” есть “Гомель”. Это не рядовой белорусский клуб. Его руководство на меня и раньше выходило. Еще при Подпалом был интерес. И могу сказать: уже тогда, и даже раньше, мне импонировала эта команда. И то, что я в ней оказался, считаю своей удачей.


— Беглый просмотр гомельского состава выявил всего одного хорошо знакомого тебе футболиста — недавно заключившего контракт Александра Борисика. С ним ты играл еще в Жодино.


— Чтобы быть с кем-то приятелем, необязательно с ним вместе работать. Тесное знакомство с большинством новых партнеров у меня, естественно, впереди. Но не со всеми. Среди тех, с кем пересекался раньше, к примеру, — Макс Разумов. Он приезжал в Запорожье на просмотр. С Лешей Панковцом нормальные отношения.


— Легко сходишься с людьми?


— Не скажу, что очень легко. Так, нормально. Не думаю, что в “Гомеле” с этим будут сложности.


— А с получением места в составе?


— Недавно в команду Тихончик пришел из “Шахтера”. Плюс Борисик. Может, еще кто появится. Я в этом тоже заинтересован. Без конкуренции нет роста.


— За эти два месяца, прошедшие после подписания контракта, твоя гомельская принадлежность оказывалась под угрозой?


— Никто никуда не приглашал. Мне теперь это и ни к чему.


— С главным тренером экс-чемпионов Александром Кузнецовым успел пообщаться?


— Был разговор. Когда я вернулся из Запорожья в Минск, он пригласил меня в Гомель. На тот момент сезон еще не закончился. Предстоял матч последнего тура — между прочим, в гостях с жодинским “Торпедо”, — а следом кубковая игра со “Славией”. Я приехал, пробыл в городе целую неделю. Тренировался, осматривался.


— Какие турнирные перспективы обрисовал в беседе с тобой гомельский наставник?


— Ну вот за Кубок поборемся. Мозырян же прошли. И в национальном первенстве, думаю, не будем в середнячках ходить. Хочется вернуть чемпионский титул. Да я и сам не против наконец выиграть медаль. Впрочем, конкретно о задачах мы с Кузнецовым не говорили. Межсезонье, по существу, все впереди. Состав еще полностью не определен, не говоря уже о подготовке как таковой. Задачи нам, по-видимому, объявят в канун старта. И, скорее всего, они будут максимальными.


— Помимо краткой побывки в гомельском лагере, чем занимался эти месяцы после возвращения на родину?


— Время уделял исключительно семье, по которой здорово соскучился. Больше ничего не хотелось. Разве что с друзьями, бывало, встречались. Тоже давно не виделись. С недавних пор начал тренировки: бег, тренажерный зал. К мячу пока не прикасался. Не время, да и негде, не с кем.


— А тем временем твой старший брат поднялся по служебной лестнице. Возглавил брестское “Динамо”.


— Рад за него. Наконец он перестал быть на вторых ролях. И имеет шанс проявить себя. Для того и собирает команду.


— И весьма перспективную, если судить по именам...


— Да, неплохую. Посмотрим, что выйдет.


— Тебя не звал к себе?


— Миша? Ну так, приглашал. В шутку.


— А всерьез?


— Поиграть под руководством брата, конечно, заманчивая перспектива, но одновременно это такая ответственность... Двойная, если не тройная. Тяжело мне было бы, короче говоря. Знаю в чью сторону катятся все бочки в случае чего. Со времен минской “Звезды” помню. Лучше уж пусть будет так, как есть.


— Между тем неудачей закончилась твоя вторая проба сил за рубежом. Думаешь иногда об этом?


— Такие мысли посещают.


— Не комплексуешь?


— Нет, с чего бы вдруг? Просто нужно, наверное, делать правильные выводы. И все образуется.


— Намерен предпринять третью попытку уехать?


— Во всяком случае, от нее не зарекаюсь. Будет возможность — попробую. Не отказываться же. Сегодня, однако, мои мысли далеки от подобных планов. Самое насущное — будущий сезон.


— Матчи с какими соперниками будут для тебя особенными?


— Со всеми. Хотя жодинское “Торпедо” и брестское “Динамо” — особый случай. Причины известны.


— После запорожской засухи у тебя должна до предела обостриться жажда гола...


— Жду не дождусь сезона. Хочу наконец стать лучшим бомбардиром чемпионата. А то все вокруг да около...





Комментарии (0)