2017-03-28 22:01:31
Чемпионат Беларуси

Исса Ндой. Гулливер из “Трактора”

Исса Ндой. Гулливер из “Трактора”Полку голкиперов-легионеров в белорусском футболе прибыло: вслед за французским мушкетером Малербом в брестcком “Динамо” и болгарским перцем Караджовым в “Шахтере” к припятским берегам наконец пришвартовался 31-летний сенегальский “лев” Исса НДОЙ.


Контракт уже на мази — осталось соблюсти незначительные формальности. Таким образом, в “Славии” он составит компанию младшему брату — защитнику Бирану Ндою. Колоритный двухметровый парень, который станет первым африканским вратарем в нашем чемпионате, охотно согласился побеседовать с корреспондентом “ПБ” — с помощью еще одного новичка мозырян Дениса Ясковича, вдумчиво переводившего французскую речь Иссы.


— Ваш трансфер в “Славию” — своего рода сюрприз. Как оказались в Мозыре?
— Все просто: агент нашел приемлемый вариант, и я с радостью откликнулся на новый вызов. К сожалению, из-за трудностей с оформлением документов не смог приехать раньше. К тому же возникли кое-какие проблемы с бизнесом, которые требовали моего личного присутствия. Беларусь для меня новая страна. Правда, в составе “Волыни” однажды приезжал сюда на товарищеский матч с командой Юрия Пунтуса. Не помню, как она точно называлась: то ли Брест, то ли МТЗ-РИПО. Сейчас же внимательно следил на официальном сайте “Славии” за подготовкой клуба к сезону, видел все обзоры, голы. Поэтому имел представление, куда еду. Мой брат Биран уже немного освоился здесь, я же — пока нет. На мой взгляд, самое сложное для варяга — хорошая адаптация к чужой стране в целом, а также завоевание уважения фанатов. А в клубе встретили очень тепло, коллектив дружный — всем спасибо. Снимаем квартиру вместе с Денисом Ясковичем — никаких проблем.

— Когда провели последний официальный матч?
— Если не ошибаюсь, в мае 2015 года в азиатской Лиге чемпионов — за иранский “Трактор Сази”. Так получилось, что с тех пор нигде не играл. Да, пауза несколько затянулась, но я всю зиму активно работал в тренажерке, и физически готов хорошо. Моя цель — реанимировать карьеру.

— Вы старше брата Бирана на девять лет.
— В Сенегале у наших родителей большая семья, шестеро детей — трое сыновей, столько же дочерей. Я — старший сын. Отец трудился в лицее, мать — секретарем. Сейчас они уже не работают. Одна из сестер профессиональная гандболистка, остальные не связаны со спортом. Сколько себя помню всегда играл в футбол — несмотря на высокий рост, баскетболом не увлекаюсь.

— В Сенегале много этнических групп.
— Действительно, есть фульбе, серер, тукулер и другие. Я принадлежу к волоф. Чем они отличаются от других? Да особо ничем — обычные сенегальцы и сенегалки. Правда, у каждой группы свой диалект.

— Какими языками владеете?
— Кроме родного волоф, французским, немецким, английским, фарси выучил в Иране, русский немножко подтянул в “Волыни”. Так что уверенно буду руководить защитниками “Славии”! А сложнее всего давался трудный для произношения немецкий.

— По территории Сенегала до недавних пор проходило знаменитое ралли Париж — Дакар.
— О, это особенное событие для всех сенегальцев! Прикольно, когда по моему родному городу Тиес на приличной скорости мчались грузовики и мотоциклы, и весь народ высыпал на улицы, поддерживая гонщиков криками и флагами. Классное зрелище. Кстати, там, в “Мбахаан Тиес”, началась моя карьера.

— “Википедия” утверждает, что национальный вид спорта у вас на родине — так называемый сенегальский рестлинг?
— Верно. По нашему — “лют”. Это некий микс бокса и дзюдо. Правила предельно просты: во что бы то ни стало устоять на ногах. Упал — значит проиграл. Очень захватывающее и популярное зрелище собирает стадионы. Проводятся многочисленные турниры, победители которых настоящие герои и кумиры.

— Что посоветуете обязательно посмотреть туристам в Сенегале?
— Удивительную по красоте саванну и диких африканских животных. И еще океан. У нас просто шикарная рыбалка.

— На сенегальском острове Карабан находился крупнейший центр работорговли.
— Может, и так. Но это в далеком прошлом. К счастью, Сенегал уже давно не колония. Насколько знаю, сейчас на том месте обычный рынок.

— Однажды Роберто Карлосу зрители бросили банан. Сталкивались ли вы с проявлением расизма?
— Честно говоря, это меня абсолютно не заботит. Никогда не обращал внимания на такое. Целиком сконцентрирован на игре, но если что-то подобное вдруг произойдет со мной, просто проигнорирую. Признаться, в моей карьере были несколько эпизодов, связанных с расовым вопросом. Однако всегда пропускал их мимо ушей. У людей должна быть культура поведения — и уважение друг к другу.

— Вы играли за команду с оригинальным названием “Жанна д"Арк”.
— Относительно недавно это был один из ведущих клубов нашей страны. Но затем резко сдал — и превратился в маленький, который обретается то ли в третьем, то ли в четвертом дивизионе. Причины банальны: дефицит финансов и никудышное руководство, которое не особо разбирается в футболе.

— В тамошнем чемпионате есть легионеры?
— Играют выходцы из Гамбии, Гвинеи и Нигерии. Но их немного. А так все мечтают поскорее уехать в европейские клубы.

— Шейх Ндой из сенегальской сборной вам не родственник?
— Однофамилец и мой хороший друг по выступлению за французский “Кретей”.

— Что вспомните о периоде в украинской “Волыни” — у Виталия Кварцяного?
— Тренер Кварцяный очень вспыльчивый человек. Но это из-за того, что хочет всегда и везде только побеждать. Не переваривает поражений. Он пытался вытащить из игроков максимум. Иногда удавалось. Хотя и ощущалось постоянное психологическое давление. Я относился к этому с пониманием и старался профессионально делать свою работу.

— Однажды он заявил: “Исса Ндой — лучший вратарь мира”.
— Видел интервью. Это его личное мнение — сказал и сказал.

— В раздевалке у Кварцяного часто летали предметы?
— Происходящее в раздевалке должно в ней и оставаться. Никогда не следует выносить на широкую публику какие-то внутрикомандные процессы — таково мое правило. Даже если что-то подобное и случалось, все равно вы не услышали бы от меня ни слова.

— Несколько лет назад Лозаннский суд обязал “Волынь” выплатить вам что-то около 900 тысяч долларов долга. Вопрос урегулирован?
— Не будем касаться той истории. Сейчас все мои помыслы лишь о том, чтобы как можно лучше выступить в “Славии”.

— Как вам украинские сало и борщ?
— Борщ — ничего особенного. Какого-то нереального удовольствия не испытал. Никогда не был привередливым: если другие едят, то и я ем. А к салу не притрагивался — мусульманам нельзя свинину.

— Ваш последний клуб — иранский “Трактор Сази”.
— Хороший опыт. Отличный клуб, прекрасные болельщики. Особо не вникал, кто спонсор команды. Но, судя по названию, это производитель или продавец тракторов. А футболисты там неизменно в центре внимания: на улицах не пройти, фанаты просят автографы и селфи. Я чувствовал себя действительно популярным. “Трактор” — одна из самых посещаемых команд Ирана, тридцать-сорок тысяч зрителей на домашних матчах. В такой атмосфере очень приятно играть.

— Контраст с белорусской высшей лигой разительный...
— Наслышан. В любом случае, будем стараться играть для всех, кто придет нас поддержать.

— Вы поиграли и пожили в Германии, Франции, Украине, Иране. Где чувствовали себя наиболее комфортно?
— Во Франции. Эта страна стала для меня настоящим вторым домом — живу там уже четыре года. Имею “карт де сюжур” — что-то типа вида на жительство. По климатическим условиям лучше всего было, пожалуй, в Иране. А так стараюсь везде как можно быстрее адаптироваться в бытовом плане, чтобы ничего не отвлекало от игры.

— Чем отличается менталитет африканца от европейца?
— На мой взгляд, ничем. Если человек хочет развиваться, учиться, делать карьеру, путешествовать, то ему все по плечу.

— Как относитесь к тому, что Европу захлестывают волны эмигрантов, в том числе с Африканского континента?
— Ничего удивительного. Понятно, уровень жизни в Африке заметно ниже. И когда африканцы видят по телевидению и интернету, насколько хорошо живут европейцы — эту современность, модерн, красивую архитектуру и все такое, — хотят отправиться туда и воплотить мечты о хорошем образовании, работе и прочее. Из-за бедности люди вынуждены покидать свою родину в поисках лучшей доли. Это нормально. Глобализация...

— Где сейчас ваш дом?
— В Кретее, что в двадцати минутах от центра Парижа. Уютное местечко. Там живут мои любимая жена Джара и дети. Сыну пять лет, дочери три. Сейчас они учатся, а на летние каникулы, возможно, приедут к папе в гости.

— Интересный у вас золотой кулончик.
— Подарок супруги. Половинка сердечка — одна у нее, другая у меня. Вместе — единое целое.

— С чем связан ваш бизнес?
— В сенегальской столице Дакар у меня бутик по продаже спортивной экипировки лучших мировых производителей. Обеспечиваю ею профессионалов, а детишек спонсирую мячами и формой бесплатно. Считаю, это мой долг, ведь жизнь в Африке нелегкая. Кроме того, владею, можно сказать, элитарным фитнес-клубом, клиентами которого в том числе являются мисс Сенегал и чемпион страны по тому самому рестлингу.

— Какой у вас размер обуви?
— Сорок девятый. В немецком “Гройтере” всех персонально бутсами обеспечивал титульный спонсор “Nike”. А сейчас заказываю футбольную обувь на одном из специализированных сайтов.

— Где осядете после окончания карьеры?
— Планирую вернуться в Дакар. А вот дети, надеюсь, продолжат обучение во Франции и останутся там жить. А мы с женой будем их время от времени навещать в этой замечательной стране.

— Чему посвящаете свободное время?
— Общаюсь с Бираном и с семьей — по телефону. Еще люблю подольше поспать. Поэтому вряд ли мне грозит умереть от скуки в маленьком Мозыре.



Комментарии (0)