2019-01-10 22:24:25
Интервью

Александр Володько. Журавель мог остаться и лечиться, но вернулся исправлять ситуацию

Александр Володько. Журавель мог остаться и лечиться, но вернулся исправлять ситуациюПрошлой зимой после десяти сезонов в БАТЭ и такого же количества золотых медалей Александр ВОЛОДЬКО отказался от продолжения сотрудничества с “желто-синими” и подался на легионерские хлеба, подписав контракт с карагандинским “Шахтером”.


Минул год — и 32-летний полузащитник вернулся на родину, однако не в Борисов, а в Солигорск. Отдохнув, Александр принял приглашение корреспондента “ПБ” на чашку кофе, которая растянулась на добрый час.


— Твой первый легионерский год подошел к концу. Его итог?
— Начали неплохо, но затем наступил спад, опустились в подвал турнирной таблицы, пришлось бороться за выживание. Сложно сказать, в чем причина. После предсезонки все в клубе были настроены довольно оптимистично. Тем более “Шахтеру” исполнялось 60 лет. Впрочем, конкретных задач не ставили — для этого необходимы соответствующие условия, а в Караганде нужно еще над многим работать. Над той же инфраструктурой, например… Странно, но проблемы начались после нескольких удачных матчей. Обыграли “Астану”, а это в Казахстане круче, чем у нас победить БАТЭ. А затем, может, расслабились, может, еще что, но не сумели ни победить, ни даже забить в девяти матчах. Более того, в некоторых играх пропускали в компенсированное время. В общем, катастрофическое невезение. Но в конце собрались, заняли восьмое место. Можно сказать, с задачей, которая образовалась по ходу сезона, справились.

— Сопутствующие проблемы — долги и прочее — имелись?
— Не слишком серьезные, хотя небольшие задолженности были. Дело в другом. Например, мы тренировались на том же поле, на котором играли. Сам понимаешь, в каком оно было состоянии. Плюс своеобразные климатические условия. Вернулись после сборов — в Караганде минус двадцать. Поехали на первый матч чемпионата в Шымкент — там плюс двадцать. Тренируешься на промерзлой синтетике — выходишь играть на натуральный газон. Да и вообще чемпионат сложный, хватает нюансов. Считается, что если команда набирает очки на выезде, это нечто экстраординарное. А перелеты! Клубам, которые могут позволить себе чартер, проще. Нам же при каждом выезде приходилось сначала добираться до Астаны — больше 250 километров, а оттуда уже вылетать. Иногда ездили на поезде, отправлялись с вечера. Словом, на дорогу уходило очень много времени. Было непривычно после Беларуси. У БАТЭ самая длинная дорога была 350 километров. Четыре часа — и ты на месте.

— Караганда — серый город?
— Не Лас-Вегас, конечно. Да и с Минском не сравнить. Хватает старых советских пятиэтажек, но в то же время город развивается. Все необходимое для нормальной жизни есть. По меркам Казахстана — вообще “топ”, после Астаны и Алматы. Во время выездов бывал в местах и похуже.

— Часто тебе в “Шахтере” вспоминали 2013 год?
— Нет, просто спрашивали, играл ли я тогда. Несколько ребят из того состава “Шахтера” и сейчас в клубе. Андрей Финонченко уже работает тренером, Женя Тарасов стал капитаном. Может, еще кто-то на замене тогда сидел. Особых приколов по этому поводу не было. Хотя я после трансфера как-то в шутку сказал: мол, приехал мстить вам за Лигу чемпионов.

— Твой уход из БАТЭ получился для многих неожиданным: ты просто не пришел на первую тренировку.
— Никаких конфликтов не было. Мне предложили новый контракт, я не согласился. Затем поступило приглашение от Владимира Ивановича Журавля. Нужно было быстро принимать решение, сроки поджимали. В итоге определился буквально за один день.

— И все-таки — какие мотивы?
— А почему нет? Решил что-то изменить. Попробовать новое. В Беларуси я всех знаю, уже все видел, прочувствовал все что можно. В конце концов, отрицательный, как потом оказалось, опыт тоже полезен. Не жалею ни капли.

— Правильно понимаю: для игроков БАТЭ, которые много лет в клубе и выиграли десяток золотых медалей, чемпионат со временем превращается в каторгу?
— Не то чтобы в каторгу, но эмоции, конечно, не те. Прекрасно понимаю, почему этой зимой происходит такой отток футболистов из Борисова, почему уезжают Коля Сигневич, Денис Поляков, Миша Гордейчук. Наверное, в какой-то мере это все уже приелось. Есть отдушина — еврокубки. Но, даже учитывая, что впереди игры с “Арсеналом” в плей-офф Лиги Европы, ребята предпочитают что-то поменять. Впрочем, за всех говорить не буду.

— Ну разве ты не хотел бы сыграть с “Челси”, выйти в евровесну, ждать встречи с “Арсеналом”?
— Может, если бы остался, ничего этого и не было. Мне хотелось посмотреть на футбольную жизнь под другим углом. Почувствовать, что значит решать другие задачи, чем все десять лет до этого. Узнать, что такое построить отношения в новом коллективе. Здесь знал всех и каждого, мог с закрытыми глазами до Борисова доехать, были созданы все условия. А там тебя бросают в новую среду — выплывай! Очень полезный опыт, надо сказать. У меня прежде такого не было.
Даже в бытовом плане столкнулся с разными ситуациями. Вроде тридцать два года, многое повидал, но все равно случались истории. К примеру, между Беларусью и Казахстаном безвизовый режим. Но нужно зарегистрироваться. Мне все оформили, а когда жена с ребенком приехали, мы этот нюанс проморгали. Пустили в страну — и хорошо. В итоге за месяц до возвращения администратор спрашивает: а почему у тебя семья не зарегистрирована? Если бы взял билеты, могли возникнуть серьезные проблемы. Считай, жили как нелегалы какие-то. Пришлось пару дней в суд походить — ну и минимальный штраф заплатили. Вот как бывает. Мой “косяк”, конечно.

— Гордейчук “сменил” тебя в Казахстане. Советовался?
— А зачем ему это? Он там и так всех знает. Кстати, ребята из Караганды ему привет передавали. Разумеется, Гордейчуку в “Тоболе” предложили лучшие финансовые условия, это без сомнений. Впрочем, это ты у него спрашивай, что мне за него говорить. Прошлый год у Миши получился неоднозначным. Может, этот удастся.

— Какие перспективы рисовал перед тобой Журавель?
— Повторю, все произошло очень быстро. Информация о том, что меня не было на первой тренировке БАТЭ, попала в интернет, и уже через несколько часов позвонил агент, сказал, что со мной хочет пообщаться Владимир Иванович. Обговорили условия — и уже через два дня я улетел в Турцию и присоединился к “Шахтеру” на сборе. Даже времени на разведку не было. Шли уже двадцатые числа января. Переходить куда-то в Беларуси смысла не имело, нужно было пробовать что-то новое. Тем более звал тренер-белорус. Хотя с Иванычем близко знакомы не были, знали друг друга только заочно. Он быстро объяснил, что хотел. Затем на сборе пообщались поближе...

— Сложно об этом сейчас говорить...
— Столько уже сказано... И о том, что Владимир Иванович был всей душой и телом в футболе, что всегда стоял горой за ребят, за команду, поддерживал. Слышал и читал много добрых слов от тех, кто знал его намного лучше. То, что я пережил рядом с ним, не расходится с этими мнениями. Очень рад, что в моей жизни был такой тренер. Остается лишь выразить соболезнования родным и близким.

— Трудно ему было работать в Казахстане?
— Конечно, всегда непросто, когда сталкиваешься с новыми обстоятельствами, будь ты футболист или тренер. Да и сам Журавель говорил несколько раз об этом. Как такового давления на него не было, ведь каких-то сверхзадач перед “Шахтером” не ставили. Просто так произошло.

— А в плане здоровья?
— Может, и результаты сказывались, не знаю. В какой-то момент стало заметно, что тренер очень сильно похудел. Была международная пауза, он улетел в Беларусь. Мы общались по телефону, он сказал: “Саня, есть проблемы”. В то время мы выдали далеко не лучший отрезок. Иваныч имел полное право остаться в Минске и заниматься своим здоровьем, лечиться, пытаться что-то сделать. Однако он предпочел вернуться в Караганду и исправить ситуацию. Закрыл глаза на многое и думал о футболе, который должен был в такой ситуации уйти на десятый план. Думал о других, даже в самые последние дни. Это здорово характеризует его как человека и как тренера.

— Помнишь ваш последний разговор?
— Мы отыграли заключительный матч чемпионата, выполнили задачу — сохранили прописку в премьер-лиге. После этого пообщались по телефону, поздравили друг друга. Чувствовалось, что ему тяжело говорить. Но даже тогда он пытался шутить, подбадривал меня. Я-то не знал всей ситуации. Был в курсе, что он в больнице, но без подробностей. А буквально через три-четыре дня настигла страшная новость.

— Когда решил, что легионерства с тебя хватит?
— Если честно, мысли возникали еще по ходу сезона. Увидел две стороны медали, посмотрел на таблицу с разных полюсов — достаточно. Тем не менее хочу сказать спасибо всем в “Шахтере” за это время. Может, в футбольном плане не особо получилось, но коллектив был отличный — этого не отнимешь. И руководство тепло ко мне относилось.

— Один из главных вопросов: почему не в БАТЭ?
— Потому что в “Шахтер”! Не все могут войти в одну и ту же реку дважды. Лучшие годы в Борисове для меня позади. Теперь время для Солигорска.

— То есть в БАТЭ не звали?
— Почему же, было предложение. Но уже не такое, как хотелось бы. Имею в виду условия в целом.

— Как считаешь, справятся там без Капского?
— Много перемен в Борисове, конечно, но уверен, что да. Уход Анатольича для БАТЭ — невосполнимая утрата, и в то же время там выстроена четкая система. Думаю, она не должна дать сбой.

— Наверняка непривычно будет в футболке горняков, особенно когда придется играть в Борисове?
— Все будет нормально! Представляю сейчас реакцию отдельных людей: скажут, погнался за деньгами и все в том же духе. Нет, дело не в этом. “Шахтер” — команда, которая решает максимальные задачи. Что тоже подкупает. Кроме того, когда рассказывал про Караганду, упоминал, что толком не успел навести справки. Не знал, куда еду, что меня ждет. Просто взял и уехал. Был порыв, стремление все кардинально поменять. Здесь же хватало времени подумать. Да, мог вернуться в БАТЭ. Но посмотри: команда выдала один из лучших сезонов, средняя линия полностью укомплектована.

— Значит, понимал, что играть будешь далеко не всегда?
— И это тоже. Никто, конечно, не говорит, что я буду сто процентов играть в “Шахтере”. Но здесь все более прозрачно и понятно. Это и привлекло. Как и то, что солигорцы были заинтересованы во мне. Все решилось очень быстро, никаких проволочек.

— Ну и справки про новый клуб наводить не нужно...
— Разумеется. Все давно на виду. В свое время я даже был на базе “Шахтера”, правда, в Солигорске об этом, наверное, не знают. В бытность игроком БАТЭ встречались со “Слуцком”, но жили в Солигорске. В гости приехал Саша Юревич, уже работавший тренером. Говорит: поехали, покажу базу. Погуляли, посмотрели — приятное место. Саня в шутку сказал: когда-нибудь приедешь сюда игроком. Так и получилось.

— С Ташуевым успел пообщаться?
— Немного. Кроме того, позвонил Балановичу, с которым знакомы еще с “молодежки”, другим ребятам. Они немного рассказали о тренере и его требованиях. Общее представление есть. Не думаю, что возникнут какие-то проблемы с адаптацией. Да и в шахте я уже бывал, в Караганде. Там, правда, угольная. Когда подписывал контракт, сказал, что мне понравилось в шахту спускаться, поэтому опять выбрал “Шахтер”. Шутка, конечно. На самом деле ощущения не из приятных, да и дышится не очень. Надеюсь, в Солигорске меня с собой не возьмут.

— Наверняка в прошлом году смотрел и белорусский футбол. Что скажешь о солигорцах?
— Команда очень здорово выпуталась из ситуации, в которую загнала себя на старте сезона. И, конечно, в этом была видна тренерская рука. Та беспроигрышная серия на самом деле очень впечатляет, причем “Шахтер” играл мощно, зрелищно, в том числе против других лидеров. Если продолжим в том же духе, все может получиться.

— Почему не БАТЭ, понятно, но нужно задать тот же вопрос о твоем родном Бресте.
— Там обстановка также проста. Средняя линия укомплектована: Кисляк, Кривец, Быков, Нойок, Осучукву. Не уверен, что руководство “Динамо” думало об усилении этой зоны. Ну а вообще то, что в последние годы происходит в Бресте, меня как уроженца города радует. Сколько зрителей, какое освещение — для нашего чемпионата просто топ-уровень.

— Тебе 32 года, стать легионером еще раз будет сложно. Или уже и не рассчитываешь?
— Для начала нужно заиграть в новом сезоне, решить какие-то задачи, вспомнить себя прежнего. А для этого — хорошо поработать в предсезонке. Тогда о чем-то можно говорить. Почему нет? Некоторые футболисты в 32 “Золотые мячи” получают. Понятно, что это “топы”, но и в нашем чемпионате можно держать уровень. Не могу нарадоваться на того же Стасевича, который провел едва ли не лучший сезон, причем сделал это с такой легкостью. Возраст ничего не решает, все зависит от человека. А если сразу ставить крест, нужно вбить в стену гвоздик и повесить на него бутсы.



Комментарии (0)