2007-07-10 16:41:30
Интервью

Портрет. Сергей Яскович: жду звонка

Портрет. Сергей Яскович: жду звонка

Наблюдая за тем, как в нынешнем отборочном цикле оборона национальной сборной Беларуси чересчур часто допускала роковые ошибки при исполнении соперниками “стандартов”, не раз добрым словом вспоминалась недавняя связка центральных защитников Штанюк — Яскович, надежно державшая под контролем “воздух” перед воротами. Увы, с уходом последнего из сборной проблема обострилась до безобразия. Кстати, Сергей ЯСКОВИЧ ушел по-английски не только из национальной команды, но и вообще из футбола. Расставшись в прошлом году с казахстанским “Актобе”, он не дождался достойных предложений и, вернувшись в Минск, решил заняться (временно?) бизнесом.




Хотя до сих пор надеется, что в один прекрасный день на его мобильнике высветится номер телефона кого-нибудь из тренеров ведущих белорусских клубов. Ведь для футболиста с таким опытом 35 лет — не критическая черта.


ИЗ ДОСЬЕ “ПБ”
Сергей ЯСКОВИЧ. Родился 11.01.72 в Пинске. Амплуа — защитник. Воспитанник пинской ДЮСШ. Первый тренер — Константин Панасюк. Выступал за команды: “Динамо-2” (Минск, 1992), “Беларусь” (Минск, 1993), “Динамо-93” (Минск, 1993), “Динамо” (Минск, 1994-97), “Шахтер” (Донецк, Украина, 1997-98), “Анжи” (Махачкала, Россия, 1999-2001), “Алес” (Франция, 2002-03), “Томь” (Томск, Россия, 2003, 2005), “Москва” (Россия, 2004), “Актобе” (Актюбинск, Казахстан, 2006). В чемпионатах Беларуси провел 123 матча, забил 1 гол. Четырехкратный чемпион (1994, 95-в, 95-о, 97), серебряный (1996) и бронзовый призер (1993) первенств Беларуси. Обладатель Кубка Беларуси (1994). Рейтинг по версии “ПБ” — 5,27. В высшей лиге чемпионата России провел 96 матчей, Украины — 5, Казахстана — 21 . В составе национальной сборной Беларуси (1994-2005) сыграл 31 матч.

Меня сделали стрелочником

— Твой последний сезон в составе экс-чемпиона Казахстана в целом сложился удачно, за исключением двух заключительных туров, когда главный тренер “Актобе” Владимир Муханов вывел из состава двух лидеров — тебя и Дубинского. Что тогда случилось?
— После поражения от “Атырау” он сделал нас крайними. Не знаю, с чем это связано — никто ничего не объяснял. Возможно, нашли более молодых исполнителей на наши места, а может, сыграла роль личная неприязнь, потому как в последнее время у нас были сложные отношения. Муханов — человек своеобразный, с ним немногие уживаются.

— Предложений из других местных команд не поступало?
— В стране не так много клубов, которые располагают столь же хорошей финансовой базой, как “Актобе”. Варианты имелись, но они меня не удовлетворили.

— После российской премьер-лиги скучно не было?
— Конечно, в России все на порядок выше. Но определенный интерес был и там — есть хорошие игроки, сильные команды.

— Как ни странно, твой российский период карьеры также закончился скандалом: за три тура до завершения чемпионата наставник “Томи” Анатолий Бышовец сослал тебя и Кульчия в дубль.
— Не могу объяснить, почему подобное со мной приключалось в последние годы. Возможно, сам виноват — играл недостаточно надежно. Не знаю...

— А как складывались отношения с тренерским штабом?
— Тяжело, чего скрывать. Анатолий Федорович в свое окружение подбирает людей, похожих на себя — Сергея Герасимца, Василия Кулькова.

— Но ведь с Герасимцом вы вместе играли в “Динамо”, в сборной, и отношения должны были быть вполне дружескими.
— Я тоже так думал, но вышло иначе. При переходе на тренерскую работу люди меняются.

— После отъезда из Казахстана рассчитывал еще поиграть?
— Разумеется. Был вариант поехать в первую российскую лигу — в “Содовик”. Не сложилось. Сейчас даже рад этому — в клубе огромные финансовые проблемы.

— Но ведь в Беларуси наверняка кто-то должен был проявить заинтересованность в услугах столь опытного защитника?
— Никто не позвонил. Странно...

— Невостребованность подтолкнула тебя заняться бизнесом. А чем конкретно?
— У нас с женой салон проката вечерних платьев и мужских фраков. Потихоньку осваиваю секреты новой работы.

Со Штанюком были единым целым

— Вряд ли ошибусь, если предположу, что самые яркие страницы твоей футбольной биографии связаны с национальной сборной.
— Естественно.

— А какие матчи запали в душу?
— Одна из лучших наших игр была с Норвегией под руководством Байдачного.

— Ты появился в сборной при Вергеенко, но наибольшее доверие тебе, по-моему, оказывал Малофеев.
— Да. Правда, Эдуард Васильевич нашел мне в составе довольно необычное место — левого полузащитника. Ни до, ни после там не играл. Вероятно, видел во мне какие-то скрытые качества. Однако я чувствовал себя на этой позиции неуютно — не мое.

— Зато в защите для тебя секретов нет. Предпочитал действовать в центре или на краю?
— В центре. Особенно приятно было играть рядом с Сергеем Штанюком — понимали друг друга с полувзгляда. Наш дуэт действовал как единое целое. Иметь столь замечательного партнера — огромная удача.

— Осенью 2005 года сборная угодила в “молдавский капкан”: не только проиграла оба матча, к которым готовилась на базе “Шерифа” в Тирасполе, но ее еще и поразил межличностный конфликт.
— Раньше к домашним поединкам мы не готовились за границей. Эксперимент себя не оправдал. Дело в психологии. Приезжая в сборную из клубов, ребята хотят хоть немного побыть дома, повидаться с родными и друзьями. Нас же отвезли бог знает куда. Наверняка внутреннее недовольство этим сказалось на готовности к матчу с Молдовой. Его мы провели из рук вон плохо.

— Не лучше и следующий — с Италией. Хотя начали здорово, уже на 4-й минуте Кутузов открыл счет. Чем объяснишь дальнейшие метаморфозы, когда в белорусские ворота посыпался град голов?
— Просто мы не на шутку разозлили итальянцев быстрым голом, и они включили полные обороты. Команда классная, нечего сказать. Все-таки в дальнейшем стала лучшей на мировом чемпионате.

— Твоя замена уже на 32-й минуте означала недовольство Байдачного?
— Объяснений я не получил. По-моему, у наших тренеров появилась своеобразная болезнь — менять футболистов незадолго до перерыва. Выдержки им не хватает, что ли... Не могу утверждать, будто играл хорошо, но выглядел не хуже других. А получилось, что меня сделали стрелочником.

— Перед сбором на октябрьские матчи с Шотландией и Норвегией ты не приехал в Минск, сославшись на боли в спине. Действительно чувствовал недомогание или решил покинуть сборную без тягостного выяснения отношений с тренером?
— Скажу откровенно: мне не хотелось приезжать к Байдачному. Болезнь была мнимой причиной отказа.

Над нами надо стоять с палкой

— Практически к каждому отборочному циклу сборную Беларуси готовит новый тренер. Оправданы ли подобные шараханья?
— Это абсолютно неправильно. Подготовка, которую проводил тренер, наигранность состава — все рушится, и его последователь начинает по-новому. То есть команда делает шаг вперед, а потом два назад. Так ее уровень не вырастет.

— Как воспринял решение Юрия Пунтуса уйти в отставку?
— Нормально. Сборной должен управлять авторитетный специалист, например, как Байдачный. Не понимаю, почему его сняли. При нем прогресс команды был налицо, просматривалась игра. А сейчас снова в яме.

— А как насчет приглашения иностранного специалиста?
— Не уверен, что это пойдет на пользу. Чтобы успешно работать со сборной, нужно знать наш менталитет.

— Столько копий ломается вокруг нашего пресловутого менталитета. Чем он так уж отличается от европейского?
— Над нами надо стоять с палкой. Не только в футболе — в любой сфере.

— Нынешняя сборная слишком много пропускает после розыгрышей штрафных и угловых. В чем причина?
— Не хватает концентрации, еще чего-то...

— А может, элементарной организации при “стандартах”?
— И ее тоже. В команде немало новичков — еще не успели почувствовать локоть друг друга. То есть опять мы возвращаемся к теме пагубности частых смен на тренерском мостике. Чем дольше футболисты играют вместе, тем более слаженно действуют. Это аксиома. Хотя сейчас появилось несколько довольно неплохих ребят.

— Кто, например?
— Мне понравился Радьков. Думаю, у него большие перспективы. В матче с Болгарией у него со Штанюком было хорошее взаимопонимание, а вот крайние защитники выпадали. Не раз случались ситуации, когда пара центральных поджимала соперников, а крайние задерживались — ломалась линия, и создавалась опасность выхода один на один.

— 14 июля исполком БФФ, скорее всего, утвердит отставку Пунтуса и, возможно, произведет новое назначение. Если бы поинтересовались твоим мнением, кого предложил бы в качестве преемника?
— Ходить по кругу, обращаться к специалистам, которые уже возглавляли сборную, нет смысла. С удовольствием наблюдаю за игрой борисовского БАТЭ. Почему бы не доверить эту должность молодому, перспективному Игорю Криушенко? Или Андрею Зыгмантовичу. Это очень квалифицированный тренер. Я занимался в “Динамо” под его руководством в период, когда ждал предложений и вскоре уехал во Францию. Он, как мне кажется, идеальный вариант: человек, знающий тонкости славянской души, и в то же время тренер западной формации, столько лет варившийся в испанском футболе, причем на высшем уровне. Назрело время привнести в сборную что-то новое. Зыгмантович смог бы.

Гаджиев — отменный психолог

— Ты покинул Беларусь ровно десять лет назад — перешел из “Динамо” в донецкий “Шахтер”. Хотя тогда он еще не был украинским суперклубом.
— Да, возглавивший его Ринат Ахметов делал первые шаги по пути становления клуба. Жаль, неудачный для меня вышел сезон. Буквально за неделю до начала чемпионата получил тяжелую травму — надрыв связок колена. Потом было сложно наверстывать.

— За карьеру сколько раз приходилось ложиться под скальпель?
— Ни разу. Хотя серьезных травм хватало.

— А сам никого на операционный стол не отправил?
— Я — жесткий защитник, но не такой жестокий, чтобы калечить коллег.

— В России ты поиграл в “Анжи”, “Томи” и “Москве”. Где чувствовал себя наиболее комфортно?
— В “Анжи”. В 1999 году Гаджи Гаджиев собрал приличную команду, перед которой ставилась задача выхода в высшую лигу. Пригласил меня. Он — замечательный тренер, отменный психолог. Удивительно тонко чувствует футболистов, знает, как с кем построить отношения. Вообще, хорошее было время. Может, даже лучшее в карьере. Кстати, тогда моим одноклубником был Эду, который сейчас играет в минском “Динамо”. Правда, в этом году он какой-то сам не свой. По-моему, динамовские тренеры не совсем верно используют его возможности.

— И все-таки из “Анжи” ты ушел. Почему, если там все было по душе?
— У Гаджиева появились серьезные проблемы со здоровьем, и он попросил Бышовца заменить его на время. Они большие друзья — вместе работали с олимпийской сборной Союза, завоевавшей золото в Сеуле. Ну а куда приходил Бышовец, там начинался кавардак. Я не захотел в нем участвовать.

От Франции жена была в восторге

— В твоем послужном списке значатся два клуба из дальнего зарубежья: французский “Алес” и немецкий “Вальдхоф”.
— В Германии мне не пришлось поиграть — был в клубе на просмотре, но подписанием контракта дело так и не завершилось.

— Чем запомнился французский период?
— Хорошей жизнью. Спокойной и размеренной. Алес — красивый город примерно в 800 километрах от Парижа. Жена была в восторге.

— А ты? Уровень третьего дивизиона не смущал?
— Он примерно равнялся первой российской лиге. Поначалу, пока не привык, было тяжеловато. Все-таки существует специфика французского чемпионата: игры проводятся часто, много разъездов, иногда приходилось очень нелегко.

— Сколько тянулась французская сага?
— Полтора года. К сожалению, клуб обанкротился, пришлось вернуться домой.

— Жалел?
— Больше жалела супруга, она чувствовала себя во Франции как рыба в воде. Меня тянуло назад в Россию. Все-таки привык к другим отношениям в команде. Там каждый сам по себе, с утра потренировались — и разъехались по домам. Твои проблемы мало кого волнуют. Здесь ты значительно больше варишься в команде, общаешься с партнерами.

Отец играл в футбол в Аргентине

— Футбол — семейное увлечение Ясковичей: ведь твой брат Андрей тоже играл.
— Да, стоял в воротах. Но уже года три, как завязал с футболом. Переехал в Минск, женился и работает в службе охраны ночного клуба “Овертайм” во Дворце спорта.

— Не приходилось соперничать друг с другом?
— Бывало. Я даже гол ему забил с пенальти, когда в 1997 году в Пинске “Динамо” играло кубковый матч.

— Пинская школа дала стране немало классных мастеров. До уровня национальной сборной доросли Андрей Островский, Виталий Кутузов, Олег Страханович, ты.
— Действительно, там умеют работать с детьми, есть хорошие специалисты.

— А кто из них открыл тебе дорогу в мир футбола?
— Константин Владимирович Панасюк — мой первый тренер. Огромное ему спасибо за все.

— А как ты попал к нему?
— Это была инициатива отца, который также был футболистом.

— Он выступал за пинскую команду?
— Нет, за аргентинскую.

— ?
— Папа по национальности аргентинец. В молодости играл на родине. Правда, не на высоком уровне — студенческом. Но футбол обожал, и эта любовь передалась нам с братом. Кстати, Андрей пошел по стопам отца — он тоже стал вратарем.

— Футбольная династия Ясковичей на вас с братом не завершится?
— Надесь, нет. Мой 11-летний сын занимается в школе “Минск” у Владимира Григорьевича Кириенко.

— Нравится?
— Очень. Мне бы тоже нравилось тренироваться в таких условиях. Прекрасный комплекс полей, красивая экипировка. Если вспомнить мое детство — гоняли прохудившиеся мячи на асфальте. Когда в команде нам впервые выдали бутсы, ходил по городу с ними гордый, чтобы видели, что я — футболист. Сейчас у пацанов есть все необходимое, много соревнований. Сын доволен. Ну и я помогаю ему, чем могу, делюсь футбольными секретами.

— Делаешь первые шаги по тренерской стезе?
— Я не зарекаюсь, что сегодняшний мой бизнес — дело всей оставшейся жизни. Тем более что футболом занимался столько лет, накоплены определенные знания. Так что не исключаю, что могу стать тренером.

— Но ведь ты, насколько я понял, не прочь еще поиграть. Если завтра позвонит, скажем, Александр Хацкевич и пригласит в “Динамо” — пойдешь?
— Почему бы и нет? Физическое состояние еще позволяет пару лет поиграть. Тонус стараюсь поддерживать еженедельными тренировками. Я еще не насытился футболом, сил и желания — вагон.






Комментарии (0)