2010-01-05 20:57:31
Легионеры

Откровенно. Игорь Ревенко: я не негр

Откровенно. Игорь Ревенко: я не негрСочельник католического Рождества я провел в семье форварда молодежной (U-20) cборной Беларуси Игоря РЕВЕНКО. Наша встреча вовсе не носила случайный характер: на следующий день нападающий отправлялся к месту нынешней работы — в клуб “Принс-Альберт Рэйдерс”, выступающий в Западной хоккейной лиге Канады (WHL).



Это была последняя возможность обстоятельно, с глазу на глаз, расспросить парня о смысле брошенной им после возвращения из Гданьска фразы: “Мне кажется, я знаю, почему мы проиграли...”
— Причин нашего неудачного выступления на чемпионате мира множество. Однако главную из них, на мой взгляд, указал один из посетителей интернет-форума “Прессбола”. Дословно не процитирую, но смысл таков: белорусы приехали на турнир за победой, однако, как ее одержать, они не знали. Очень точно: признаюсь, до конца первенства так и не понял, во что мы играли.

— Как воспринял критику твоего выступления на чемпионате мира со стороны Василия Спиридонова?
— Нормально. Если замечание обоснованное, равнодушным оно не оставляет. В противном случае возникают вопросы, которые мучают не один день. Перед приездом в сборную прекрасно понимал, что на меня возлагают большие надежды и при неудачном финале по традиции сделают крайним. К острым выпадам в свой адрес был готов, однако до сих пор не могу понять, почему в белорусской “молодежке” повелось винить во всех грехах североамериканских легионеров? Вот и на сей раз “стрелочниками” оказались я, Готовец и в меньшей степени Дрозд. Зато “негры”, именно так наставник за глаза называл не делающих результат игроков, имели право на снисхождение.

— Любимчики у Спиридонова имелись?
— Да, и не у него одного. На протяжении последних трех лет практически у каждого тренера сборной были фавориты. В клубе подобные отношения понять еще можно, но в сборной, считаю, ставить кого-то особняком непозволительно. В Гданьске же у команды практически не возникало сомнений, кого тренерский штаб назовет лучшим игроком турнира, а также как коуч распределит симпатии по итогам матчей. Сомнения были лишь по пятой встрече, где приз заслуженно получил Бородуля. В остальном предсказания сбылись на все сто.

— В расположение сборной ты прибыл со сломанной челюстью, тем не менее уверил главкома в готовности сражаться в каждом эпизоде.
— Не совсем так. Накануне чемпионата у нас действительно состоялся приватный разговор с Василием Петровичем, в котором уведомил его о желании помочь команде в меру готовности. При этом честно рассказал о проблемах: о невозможности биться в каждом моменте, идти в жесткие стыки, постоянно вести силовую борьбу. Ну не мог чисто физически! Знал, что ставлю под угрозу свое место в составе, однако не обманул, был искренним. Несмотря на трудности со здоровьем, зачастую закрывал глаза на проблемы, рисковал. За время пребывания в Польше Спиридонов ни разу не услышал от меня жалоб на самочувствие.

— Даже пребывая не в оптимальной форме, ты и Дрозд стали лучшими бомбардирами команды.
— А толку? Все равно этот голевой вклад тренерский штаб не оценил. Более того, Василий Петрович списал нам “хорватские” шайбы, утверждая, что без учета этого матча общая картина была бы абсолютно иной. Хорошо, пусть так, но ведь равны в сборной все, верно? Давайте и отнимать показатели того поединка у всех. Правда, тогда статистика команды вообще станет неприглядной.

— Главный тренер также обмолвился о хорошем микроклимате внутри коллектива. Была ли идиллия на самом деле?
— Ответить на этот вопрос положительно — значит соврать. В определенные моменты действительно работали как один механизм, однако в экстремальных ситуациях все летело в тартарары. Перед определяющей встречей с норвежцами многим не хватало серьезности, собранности. К сожалению, не все понимали важность поистине судьбоносного поединка.

— Насколько мне известно, накануне встреч Спиридонов проводил с хоккеистами приватные беседы. О чем шла речь?
— Не знаю. Разговоры наставник вел преимущественно с “удобными” хоккеистами. “Сыновьям”, как их величали в команде, было позволено гораздо больше, нежели другим. Безусловно, это отразилось на атмосфере в коллективе.

— В пошлом году шенгенскую визу ты открывал самостоятельно. Как обстояли дела сейчас?
— Ничего не изменилось. Хорошо хоть деньги за нее отдали. Правда, чтобы получить обещанное, пришлось обить пороги. Отношение к хоккеистам в нашей стране порой удивляет. Накануне чемпионата мира мы провели в Германии спарринги с тамошней сборной. До этого, имея перелом челюсти, питался только бульонами, организм был ослаблен. Во время обеда попросил представителя команды обратиться на кухню с просьбой измельчить курицу на блендере. Мои пожелания ушли в пустоту...

— В Канаде наверняка дела обстоят иначе?
— День и ночь. Не понимаю, как можно говорить о нецелесообразности отъезда за океан. Искренне убежден, что в Северную Америку отправляются только лучшие. Заявки команд на молодежный чемпионат мира в элитном дивизионе лишь подтверждают мои слова. А затоптать, унизить хоккеиста — дело нехитрое.

— А в “Принс-Альберте” тебя, что же, превозносят?
— В составе “налетчиков” адаптировался на все сто, чувствую себя своим. В Канаде в меня верят, а это уже много. Жаль, подстерегла травма. Сейчас, когда разыгрался голевой аппетит, она ох как некстати.

— Не боишься, что столь откровенное интервью может навредить карьере?
— Не боятся только дураки. Однако, если мусор не выносить, с годами его будет все больше.
Наступил вечер. Игорь отправился повидаться с друзьями. Его отец Сергей пошел выносить мусор. Раздался телефонный звонок, а трубку почему-то вручили мне. На другом конце провода оказался канадский “хозяин” (глава семьи, в которой живет белорус) хоккеиста Даллас, с ходу засыпавший вопросами: “Как здоровье нашего мальчика? Когда его встречать? Что приготовить к столу?”
Уверен, в последнем случае пожелания форварда не уйдут в пустоту...




Комментарии (0)