2013-08-08 21:04:25
Разное

Золотое сечение Рио. Арзамасова, дочь Аглетдиновой

Золотое сечение Рио. Арзамасова,  дочь АглетдиновойМарина АРЗАМАСОВА продолжает славную легкоатлетическую династию. Ее мать Равиля Аглетдинова была чемпионкой Европы и СССР, а также финалисткой сеульской Олимпиады в беге на средние дистанции. Отец, Александр Котович, входил в элиту прыгунов-высотников.



Марина, пережившая гибель мамы в 12-летнем возрасте, уже в юниорах подавала надежды в среднем беге. Однако вскоре вышла замуж за коллегу Илью Арзамасова и в 2009-м родила дочь. Ее возвращение на беговую дорожку в мае 2011 года обернулось триумфом: на Кубке страны в Бресте в жаркой финишной сече Арзамасова обыграла на 800 м именитых сестер Усович — Светлану и Илону. Битва прошла на высоких скоростях — все трио преодолело двухминутный барьер!
С тех пор Марина стала завсегдатаем официальных и коммерческих турниров. За ее плечами остались Олимпийские игры, по два чемпионата мира и Европы. Есть уже и бронзовые медали, добытые на летнем и зимнем EURO. Правда, год назад минчанка прибежала четвертой, а бронза ей присуждена нынешней весной после допинговой дисквалификации задним числом чемпионки континента-2012 Елены Аржаковой. Но нынешней зимой в Гетеборге она отвоевала награду собственными ногами. А летом финишировала четвертой на командном первенстве Европы в Гейтсхеде.
Взлет Арзамасовой можно объяснить и удачным замужеством, и счастливым материнством, и переходом под тренерское крыло в недавнем прошлом великолепной бегуньи, вице-чемпионки мира-1997 Натальи Духновой, и бережной неспешной работой с ней прежних наставников — Александра Гадиатова и Павла Трощило, и унаследованным от матери талантом.
Наступающего чемпионата мира Марина совсем не страшится. Доказательством тому — интервью для “ПБ”, которое она дала за несколько дней до мирового форума.

Вырваться из двух минут

— Марина, в нынешнем сезоне ваши результаты кучно укладываются в диапазоне 2.00-2.01, но двухминутный барьер никак не покоряется.
— Причем эти результаты достигаются и тогда, когда соревнуюсь в сильной компании за границей, и дома — на Кубке и чемпионате страны. Видно, что-то мешает организму выйти на более высокий уровень. Мой тренер Наталья говорит, что на базе этой стабильности и проделанной сейчас работы должен произойти прорыв.

— Это связано с предсезонной подготовкой?
— Да, мы спланировали ее так, чтобы не форсировать пик формы, а выйти на него как раз в августе, к чемпионату мира. Надеюсь, получится. Весной готовилась сначала в Кисловодске, потом в Кыргызстане, на озере Иссык-Куль. Перед этим сильно болело бедро. Это следствие постоянных тренировок в манеже РЦОПа — там очень крутые виражи, постоянно идет отдача в бедро. Всю зиму пробегала фактически на одной ноге.

— Сезон показал, что не всем пошел на пользу сбор в Киргизии…
— Да, там довольно высоко и нужно очень осторожно нагружаться. Тем, кто перебрал в горах с работой, сейчас нелегко. Но меня это не касается. Я там бегала очень аккуратно. Единственное, 36 дней показались долгими. Хватило бы и 25. Тем более стадиона там нет. Бегали в саду. На той почве ноги постоянно проскальзывали, и это отражалось на икроножных мышцах. Вернулись оттуда поздно, я не успела сделать скоростную работу на дорожке, поэтому скорости постоянно не хватало. В этом и кроется причина стабильно хороших, но не совсем быстрых результатов.

— Помнится, в начале июня вы пробежали 400 метров за 54,62.
— Тогда быстрее никак не получалось. После 6 июля стартов у меня практически не было (чемпионат страны в Гродно прошла в рабочем режиме), и мы с тренером приступили к работе над скоростью. Через пару недель на турнире в Минске те же 400 метров замкнула уже за 53,75. Сейчас чувствую себя еще лучше. Надеюсь, готова бежать два круга из двух минут.

Тактика победы

— На чемпионате мира-2012 и на Олимпиаде тактические промахи не позволили пробиться в финал. На Играх соперницы соорудили “коробочку”, выхода из которой не нашлось.
— В обоих случаях я была хорошо подготовлена и знала почти всех конкуренток по коммерческим стартам. Но каждый раз не хватало смелости, мешало чрезмерное уважение к соперницам, давила ответственность. Зимой в Гетеборге чувствовала себя увереннее. Хотя и там, в полуфинале, меня вдруг охватила такая тревога! Никак не могла завязать шнурки. Уже должно было быть представление участниц, а я все еще возилась с ними. У меня вечная проблема, как завязать: чтобы ногу не передавить и чтобы с ноги не слетели. И здесь встречаюсь взглядом с Алиной Талай: смотрит на меня огромными глазищами, а в них такой страх… что я успокоилась. Она потом рассказывала: “Вижу, тебя так колбасит — я испугалась!” И бег сложился удачно!

— На средних дистанциях ключевую роль играет финишный спринт. Хотя вот Рудиша — темповик, а не спринтер...
— В этом году мне никак не удавалось подобрать оптимальную тактику. Не готова была быстро начинать по причинам, о которых уже сказала. Сразу оказывалась в хвосте забега, из которого потом очень непросто выбраться. Сейчас, думаю, с этим проблем быть не должно. Лидировать и тащить всех за собой тоже не хочется: тогда не видишь, кто за спиной готовит диверсию. Хорошо пристроиться второй-третьей, чтобы контролировать ход забега. Но, конечно, если будут топтаться сразу после старта, надо убегать. При медленном первом круге шанс получают и более слабые бегуньи. Обычно темп бега определяется после первых ста метров, когда все переходят на одну дорожку. Тогда и надо принимать решение.

— Официальные турниры сложнее коммерческих?
— Проще принять десяток коммерческих стартов, чем пройти чемпионат мира! Это вам любой спортсмен скажет. На официальных нужно преодолеть три раунда: предварительный, полуфинал, финал. Самый сложный, пожалуй, второй. Хотя, как показывает мой опыт, и первый не всегда удается пройти. В Москве сразу буду настраиваться так, будто каждый забег решающий. Иначе никуда не попаду.

С тренерами повезло

— В Москве тренер будет рядом.
— Для меня это очень важно. Со стороны заметно то, чего сам оценить не можешь. К тому же Наталья очень точно определяет мое состояние и дает важные рекомендации. Считаю, повезло, что меня тренирует женщина, которая сама выступала на высочайшем уровне — олимпийском и мировом. Она лучше мужчин понимает особенности женского организма и психологии и вносит в мои действия соответствующие коррективы. А личный опыт выступлений позволяет Наталье Станиславовне учитывать нюансы, недоступные специалистам, не прошедшим через большой спорт. Порой кажется, она уже все мне рассказала. И все же нередко удивляет новыми деталями: попробуй, я это вот так делала.

— Духнова тренировалась вместе с вашей мамой у Владимира Пологова и соревновалась с ней на дорожке. Это сказывается на ваших отношениях?
— Она относится ко мне по-матерински, но никогда не заводит разговор на эту тему, зная, что для меня это болезненно. Если только сама не начну…

— К несчастью, недавно безвременно ушел из жизни ваш предыдущий наставник — Пал Палыч Трощило. Иначе как Маринка он вас не называл…
— Я прошла у него юниорский возраст, не испытывая тренерского давления. Честно говоря, не очень верю в юниорские медали и даже в молодежные. Все становится ясно, когда спортсмен переходит во взрослый спорт. Мне повезло с Пал Палычем, а еще раньше с Гадиатовым. Это специалист из Калининграда, заслуженный тренер России. Я прожила в семье Надежды Витальевны и Александра Гавриловича Гадиатовых шесть лет и многим им обязана. Именно там начала тренироваться, добилась первых успехов. На чемпионатах России в своих возрастных группах занимала вторые-третьи места. Хотя выступала на них не совсем легально, ведь у меня белорусское гражданство. Вернулась в Минск, когда заканчивала школу. Менять гражданство, чтобы попасть в сборную России, не было смысла. Лидеры россиянок бежали секунд на пять быстрее меня.

— Скорее всего, включали форсаж. Кто-нибудь из тех девочек в спорте выжил?
— Две Кати — Шармина и Костецкая. Шармина, правда, появляется не каждый год. В 2011-м выступала на чемпионате мира в Тэгу, потом вдруг пропала, сейчас выиграла чемпионат России и будет выступать в Москве. Костецкая в декретном отпуске. Остальные до большого спорта не добежали...
А с Гадиатовыми и сейчас поддерживаю добрые отношения. Прекрасные люди! Ездила к ним в гости показать дочку. Оказалось, в Калининграде меня помнят, даже брали интервью для местной газеты.

Илья и Саша

— Ваш муж недавно был одним из лучших средневиков страны.
— Илья тренировался в группе Игоря Владимировича Захаревича. Потом перешел в нашу, чтобы мне помогать. Когда закончил вуз, пошел работать. Надо же кормить семью.

— Двум спортсменам в семье трудно?
— Когда оба тренировались, возвращались домой уставшие. Илья приляжет отдохнуть, а я в это время занимаюсь домашними делами, как будто устала меньше, чем он. Поэтому постоянно злилась: ведь он мужчина, значит, сильнее меня. Сейчас муж трудится на “Минск-Арене”, зарабатывает. Для семьи это важно. Но если раньше мы постоянно были вместе, то теперь я его почти не вижу!

— Однако он приезжал в Брест поддержать жену.
— Это стало для меня приятным сюрпризом. Илья занимается организацией публичных мероприятий. Накануне он вернулся домой за полночь, а уже в пять утра сел на поезд и помчался в Брест. И в Гродно приехал, чтобы быть рядом. Болеет за меня, переживает, все время что-то советует.

— А дочь?
— Саша — наш новогодний подарок. Она родилась 29 декабря. Я ее полгода привозила на стадион в коляске, а сама тренировалась. Сейчас ей три года и семь месяцев. Она была здесь на соревнованиях и смотрела, как я бегу. Саша уже знает города, в которых я выступала, и говорит мне: “Мама ты должна победить”. А когда проигрываю, мысль о дочери успокаивает: ну и что, зато у меня есть Саша!

— Кто присматривает за ней в ваше отсутствие?
— Родители мужа — Татьяна Владимировна и Валерий Васильевич. Я им за это очень благодарна, они замечательные. Мы и живем у них.

— Любите приготовить что-то вкусное?
— Кулинария — не мое. Убрать, постирать, погладить — это с удовольствием, а готовить… И здесь выручают родители.

— Собственная квартира — главная мечта молодой семьи?
— Наверное, да. Стою на очереди в спортивном клубе армии, где служу. Но не считаюсь нуждающейся, поскольку прописана в квартире своей бабушки. Так что перспективы туманные.

О звездах

— Воинское звание?
— Старшина. Осенью должна стать лейтенантом. Еще надо подготовиться, чтобы экзамен сдать.

— Присвоение званий как-то связано с успехами на дорожке?
— Напрямую.

— Значит, есть шанс дослужиться до полковничьих погонов?
— Плох тот солдат, кто не мечтает…

— А учеба?
— Я уже закончила вуз. Сначала два года училась в педуниверситете имени Максима Танка, а потом перевелась в БГУ на юридический. Все зачеты и экзамены сдавала сама, к каждому готовилась. Старалась, но, конечно, мне немного помогали.

— Пока диплом не нужен?
— Может, со временем понадобится. А вот английским языком уже пользуюсь. Могу общаться со спортсменами из разных стран и ориентироваться в заграничных поездках.

— Помнится, вы сказали, что среди африканских соперниц есть не очень женственные. Одна из них, Кастер Семеня, в Москву не приедет.
— Она не прошла отбор в сборную ЮАР. И так ей дали столько навыигрывать: золото в Берлине, серебро в Тэгу и Лондоне. Теперь другая появилась — Франсин Ньонсаба из Бурунди. Но в последнее время белокожие спортсменки доказали, что и они могут побеждать.

— Кстати, Ньонсаба в Москву тоже не приедет. СМИ сообщают о ее травме.
— От этого никто не застрахован. Я наблюдала, как они разминаются перед забегом. Чуть-чуть трусцой побегают — и на старт. А мы целый час работаем, чтобы обрести боеготовность. Владимир Семенович Казарин, тренер олимпийской чемпионки Маши Савиновой, как-то сказал: представляете, как они побегут, если станут нормально разминаться?!

— Но и белокожие соперницы не безупречны: чемпионку Европы Елену Аржакову из России ИААФ дисквалифицировала. И вам за это положена бронза. Когда ее вручат?
— Не знаю. Эта медаль не радует. Лена проходила допинг-контроль за неделю до чемпионата Европы, и все было хорошо. А потом ее задним числом убирают. Не считаю это справедливым. На чужом несчастье счастье не построишь.



Комментарии (0)