2019-07-01 21:35:10
Прочее

ЕИ-2019. Вдогонку. Вещи своими именами

ЕИ-2019. Вдогонку. Вещи своими именамиЕвропейские игры завершились примерно с тем же мироощущением, что и начались. Последовательные сторонники их проведения уверились, что овчинка стоила выделки. Убежденные противники нашли множество новых поводов для критики. Равнодушные тихо прошли мимо в полном соответствии с внутренним распорядком.


Но все вместе они пережили десять июньских дней, которые, конечно, не потрясли мир, но в отдельном взятом месте сделали его чуть другим.

***
При таком раскладе церемония закрытия была неплохим поводом для примирения — даже с теми, кто смотреть ее категорически не собирался. Те же, кто видел, наверняка согласятся: получилось бодренько и органично. Минимум официоза, добротный подбор хедлайнеров, понятный посыл, выраженный национальный мотив, складная режиссура.
Программа вечера началась с выноса флагов участвовавших стран. А участвовали кто мог, то есть представители всех европейских государств. Даже Лихтенштейн, делегировавший одного спортсмена. Даже Израиль, который Европа в части спорта, но не географии. Даже Косово, чей статус до конца не определен. Из-за этой неопределенности церемонию открытия пропустил президент Сербии, а временно ее покидал председатель президиума Боснии и Герцеговины. Позавчера вопросы по Косову задавать было некому.
А возглавлял процессию флагоносец от Греции — в полном соответствии с концепцией Олимпиад. История умалчивает, с чьей подачи возникло сравнение олимпийских игр с европейскими, но с корректностью такого сравнения, безусловно, было что-то не так. Случалось, от него открещивались даже очень официальные лица, но иным все же приходилось гнуть линию партии.
Флаг Беларуси несла “девушка с веслом” Марина Литвинчук, завоевавшая на гребном канале близ Заславля почти все, что только было можно. Вместе с коллегами она прошлась, как каравелла, под сборку из белорусских хитов на все времена, а дальше на ковровую беговую дорожку высыпали остальные спортсмены.
Стройность их рядов рушили мобильные устройства. Это раньше каждый пытался передать привет в телекамеру, сейчас же есть гораздо более удобный и доступный способ. Необходимость останавливаться для коллективного фото с последующим распространением его в социальных сетях — то, что нынче необходимо изначально закладывать в план подобных церемоний.
Громадный зубр из ниоткуда — его тоже ждали. Кажется, за десять дней он стал еще больше, а посыл его — еще более националистическим (в хорошем смысле). “Помнi сваю гiсторыю. Без мiнулага няма будучынi. Я — беларус, мы — беларусы!” Эти зубриные слова нынче можно отыскать в местах скопления людей любого политического толка.
А затем началась дискотека. Не какая-нибудь из 90-х с заезженными пластинками, а современная — с хорошими сетами от исполнителей, которые не ушли в тираж и вообще понимают свою роль в пространстве и во времени. Uzari, IOWA, J:Морс, Naviband, Tesla Boy, Shuma — все те, кого остро не хватало в минских фан-зонах.
Впрочем, наиболее густые и продолжительные аплодисменты достались как раз коллективу из 90-х — с нетленной композицией про аттракционы нашего детства, которых, к слову, уже нет. Арену порвали “Леприконсы” со своими хали-гали вместе с паратрупером. Да и вообще солист группы — выпускник 149-й средней школы Минска Илья Митько — попал в струю. На сцену он и его и товарищи вышли в вышиванках — и сразу стали иконами стиля.
Чем дальше, тем становилось менее понятно, как в это весьма качественное увеселительное действо впишется объявленный хедлайнером российский гость Николай Басков. На фоне происходящего его присутствие выглядело абсолютным неформатом. Басков подкрался незаметно и не один — с белорусской оперной дивой Оксаной Волковой. Он не крутил шарманку и вообще вел себя скромно. Он мог все испортить, но у него не получилось — и за это ему простое человеческое спасибо.

***
Церемония закрытия удалась — стоит признать. Лесик вернулся в свой сказочный лес, а мы — остались. “За чей счет этот банкет?” — вопрос, который тоже остался, пусть и выглядит он слегка риторическим. Отдаленно прямые ответы дала итоговая пресс-конференция, состоявшаяся перед церемонией закрытия. В ее президиуме планировалось присутствие четырех К — Катулина, Кочиянчича, Капралоса и Ковальчука. Но последний — министр спорта и туризма — на мероприятии не появился. А жаль, поскольку самый острый вопрос оказался адресован как раз ему — причем задал его не журналист, а руководитель фонда “Дирекция II Европейских игр” Жорж Катулин, как обращался к нему словенец Кочиянчич.
Этот любезный дядечка — глава Европейских олимпийских комитетов — надолго останется в памяти белорусов. И как человек, который одинаково неважно говорит на белорусском и английском языках, но очень старается (здесь — исключительно уважение). И как функционер, у которого на устах сплошной “позитив” и “респект”. И как автор самого неожиданного ответа на вопрос, который волновал многих.
Кочиянчич почти натурально удивился, когда ему поставили на вид проваленную работу по привлечению крупных международных спонсоров для проведения II Европейских игр. Получив вопрос, он подчеркнуто взбодрился — и присутствующим в зале с высоты жизненного опыта показалось, что внешне стал похож на советского генсека Никиту Хрущева. Но словенец не снял ботинок и не стал стучать им по столу. Он на голубом глазу заявил, что слышал о некоем заявлении премьер-министра Беларуси Сергея Румаса, но никаких обязательств не брал — не были прописаны таковые в договоре. И точка! Как человек честный и порядочный Кочиянчич хотел помочь из личных побуждений, однако не получилось: “Мы выбрали через свой международный отдел одну организацию, которая определяла стратегию, и еще одну, которая должна была реализовать ее. К сожалению, эти усилия не привели к успеху”.
По словам функционера, ЕОК компенсировали организаторам расходы на перемещения спортсменов — около 10 миллионов евро. Говоря на языке цифр, организация Кочиянчича капнула в море. Со слов белорусского министра финансов Максима Ермоловича, расходы на проведение ЕИ составили 540 миллионов рублей, что в сегодняшнем пересчете на евровалюту равняется 233 миллионам.
Катулин не был расположен говорить о негативных моментах — даже когда его настойчиво попросили. “Что вы понимаете под итогами?” — парировал он попытку перевести разговор в иное русло. Вопрошавший заговорил о количестве иностранцев, которых ждали напрасно, но был послан прямым текстом в Министерство спорта и туризма — дескать, именно оно занимается подсчетами.

***
Возможно, министерство еще выдаст в эфир какие-то выкладки, хотя по ходу Европейских игр таковых хватало. К единому мнению не пришли даже официальные государственные органы, что тоже не так и важно. Ведь мы говорим о ситуации, которую можно было оценить собственными глазами, ушами и ногами. И без особых колебаний прийти к очевидному выводу: ставка на иностранных гостей не сыграла. Их приехало столько, что этим количеством можно вполне пренебречь.
Впрочем, стоит оговориться. Возможно, туристы действительно въехали в безвизовую страну, предъявив билеты на соревнования. Но, вероятно, они преследовали иные цели — и билеты использовали не по назначению. Просто бизнес — и ничего личного.
К приезжим, если таковые были, вопросов нет, но они есть к идейным вдохновителям. Коллективное мнение на этот счет однажды озвучил гребец Олег Юреня. Он сделал это при большом скоплении журналистов после бронзового для себя заезда. Под конец разговора, в хорошем настроении, в шутливой манере — не потому, что спросили, а потому, что очень хотелось сказать. Впоследствии Юреня заявил, что его неправильно поняли. Пусть так. Пусть это будет не его мнение, а некоего абстрактного белорусского спортсмена. Но пусть оно будет, потому что оно действительно есть.
Речь шла о том, что Европейские игры в Минске задумали не для белорусов, а для гостей. О том, что иностранцам можно смело заезжать под “кирпич”, а для наших будут последствия. О том, что приезжие должны видеть изобилие, а для своих рулон туалетной бумаги — серьезная материальная ценность.
Кажется, в своем гостеприимстве мы и впрямь зашли слишком далеко. Поставили невероятное количество волонтеров, которые порой развлекали сами себя, а временами откровенно скучали. Выделили отдельные полосы, по которым изредка ездил полупустой транспорт, нагоняя тоску на остальных участников дорожного движения. Перегородили центральные дороги ради мероприятий вроде эстафеты огня, о которых большинство узнавало в лучшем случае в новостных сводках, а в худшем — стоя в пробках. Закрыли многочисленные парковки ради транспорта, обслуживающего Европейские игры, который точно не требовал такого количества квадратных стояночных метров. Поставили унылые палатки с валенками на хипстерской Октябрьской, правда, довольно быстро исправили это недоразумение. Оборудовали фан-зоны, где было мало о самих соревнованиях, но много артистов, которые выступали в звенящую пустоту.
В эти десять дней многое было ради красивой картинки, а не для себя. Не в интересах тех, кто хотел попасть на соревнования просто потому, что они им любопытны. Счастливые обладатели билетов нередко сталкивались с тем, что их места заняты — и получали сбивчивые объяснения волонтеров о “технических ошибках в системе”.
Мы не смогли назвать многие вещи своими именами. Причем очевидные — вроде приезда спортсменов не самого высокого уровня. Хотя так ли уж важно было неизбалованному белорусскому зрителю, как далеко прыгнет в длину спортсмен — за шесть метров или не за? Как много выбьет он в стрельбе из лука, наблюдать за которой, оказывается, очень даже захватывающе?
Не так много проводится в Беларуси подобных мероприятий, чтобы проводить их ради подсчета медалей, а не самого действа. Может, стоило сделать проще, дешевле и для себя?

***
Возможно, через четыре года у Кракова получится лучше, а может, и не получится. Еще не известно, будет ли тот Краков. Его как будто выбрали местом проведения следующих Европейских игр, но тамошний градоначальник сопротивляется. И потому флаг ЕОК в минувшее воскресенье никому передан не был. Его торжественно спустили и отнесли в динамовское подтрибунье — до лучших времен.
Сразу после этого к микрофону вышел глава Беларуси Александр Лукашенко. В его речи было и о том, что мы провели Европейские игры для себя “как свидетельство наших возможностей и того, что мы горы можем свернуть”. Был и понятный внешний посыл: “для гостей мы широко распахнули все двери Беларуси”. Было новое прочтение Беларуси как “страны средних европейских размеров”, что верно куда больше, чем прежний посыл о маленьком государстве в центре Европы. Было о стране, “которая не создает проблем и не выдвигает претензий соседям”. “Они, эти соседи, у нас очень разные, и ладить с ними порой непросто”, — белорусский лидер словно обратился к находившемуся поодаль президенту России Владимиру Путину, который не подал виду, но наверняка принял на свой счет.
Дальше были благодарности организаторам, атлетам, волонтерам, арбитрам, журналистам, болельщикам. И отдельным абзацем — обращение “к гостям нашей страны и города-героя Минска”. После фразы “если вы снова захотите услышать тишину, приезжайте к нам в Беларусь” речь была прервана бурными аплодисментами.
Тот самый Кочиянчич объявил Европейские игры закрытыми, а на стадионе появились огромный надувной Лесик и лисята поменьше. Каждый из них вел за руку ребенка, и выглядело это весьма трогательно. В динамовской чаше погас огонь, диктор по стадиону попросил зрителей, чтобы первой очередью они пропустили спортсменов, волонтеры потянулись к выходу через сектора для журналистов. Надувной Лесик одиноко остался стоять внутри чаши, а его маленькие живые братья по легенде отправились в сказочный лес. Чтобы обязательно вернуться и попробовать организовать праздник еще раз.
Не для кого-то — для себя...



Комментарии (0)