2019-05-16 21:42:22
Волейбол

Виктор Гончаров. После игры с “Енисеем” отчитал Гришкевич, и она просто пропала

Виктор Гончаров. После игры с “Енисеем” отчитал Гришкевич, и она просто пропалаУ “Минчанки” позади дебютный сезон в чемпионате России, и это беспроигрышный повод снова встретиться с наставником команды Виктором ГОНЧАРОВЫМ.


В нашей беседе находится место для многих тем. Это и трудности комплектования, и изменения в составе, и специфика выступления в суперлиге, и, конечно же, резонансная история вокруг Анны Гришкевич.


— Это ваш самый трудный тренерский сезон?
— Да. Тренироваться было некогда — летали, летали и еще раз летали. Как-то посчитали: за одну неделю вышло восемнадцать часов в самолете и только три в зале. И физически, и эмоционально сезон вымотал так, что будь здоров.

— Максимальный срок, на который отлучались из Минска?
— Однажды уехали, по-моему, дней на десять. Сразу на Сахалин, а прямиком оттуда — в Польшу на Лигу чемпионов. Вернулись в Минск, а здесь нас уже ждал “Енисей”. Мы тогда даже на опробование площадки не пошли — я его отменил. Уступили 1:3 в упорной борьбе. Нам это была наука, как выстраивать график в таких условиях. Оказалось, матч чемпионата России можно было перенести, как сделало московское “Динамо”. Но заранее — за три месяца.

— Что такое слетать на Дальний Восток?
— Адаптация там проходит на третий-четвертый день. В “регулярке” мы ее не застали — прибыли накануне вечером, переночевали и победили 3:1. Зато настал плей-аут, и все было иначе. Мы же приехали туда на три игровых дня подряд. Ну и представь: завтракаешь по нашему времени в час ночи, обедаешь — в пять утра. Идешь есть, а не хочется. И сонные постоянно. В голове — каша. Мне было очень трудно. А девчатам еще и играть приходилось. Я им сочувствовал.

— Когда поняли, что укомплектовались перед сезоном плохо? Не нашли ни пасующую вместо Ольги Пальчевской, ни диагональную в придачу к Оксане Ковальчук.
— Больная тема. Собирался играть в чемпионате России совершенно другой командой. Но Пальчевская травмировалась, Борисевич рванула в Италию, а Владыко и Смирнова ушли в декрет. Все сошлось одно к одному, и я попал в зависимость от подбора исполнителей. Замену для Пальчевской попробуй найди, когда в августе почти все игроки уже “задрафтованы”. Но главное, что зарплаты у нас несоизмеримо другие.

— И какие же?
— Цифры называть не стану. Просто скажу, что самые большие деньги в “Минчанке” — это минимум в других клубах суперлиги, который получают 18-летние девчонки. Как ни пытался пригласить волейболисток даже среднего класса, ничего не вышло. Разговаривал и с “Ленин- градкой”, и с Челябинском. Говорят: “Извините, у меня сейчас зарплата намного выше, хоть и стою на замене”. Да и ко мне обращались около десятка игроков. Увы... Век спортсмена короткий.

— Ну а заманить кого-то из Европы? Суперлига и Лига чемпионов — чем не стимул?
— Выступала у меня в “Енисее” сербская доигровщица Сара Клисура. Назвал ей порядок цифр. Сказала: “Возвращаюсь в Румынию — там в три раза больше”. На этом разговор и закончился.

— Почему не нашли альтернативы Ковальчук?
— Нам действительно не хватило второго игрока на позиции диагональной. Я звал из Бреста и Егорову, и Ильюту — обе отказались. И Оксана осталась одна — за ней совсем молоденькие девчата.

— Что же все-таки стряслось прошлым летом с Пальчевской?
— Закончилась тренировка — все спокойно. Назавтра утром звонит: “Распухла нога, заболело колено — сегодня не приду”. Ну нет так нет. А через три часа хирург ставит диагноз: разрыв крестообразных связок, что-то еще, еще и еще. Через полгода собралась врачебно-консультационная комиссия. Сказали, что тенденция нехорошая. Скоро повторное заседание — будет видно. Восстанавливается Оля до сих пор. И я преклоняюсь перед ее стремлением вернуться на площадку. Увы, пока не выходит. А незадолго до того случая отправили Настю Кононович за практикой в аренду в Курск. Не отзывать же было ее обратно!

— Сезон в суперлиге здорово провела украинская нападающая Богдана Анисова. Почему ее не сохранили?
— Она умный человек — преднамеренно приехала к нам с Филиппин на эти небольшие деньги. Поставила себе цель через “Минчанку” попасть дальше и, естественно, на зарплату повыше. Хотела этого — и добилась. За ней половина суперлиги гонялась. А перешла в “Уралочку” к Николаю Васильевичу Карполю. То же самое — Вера Саликова. Возвращается в Екатеринбург. А выбор в России у нее был огромный. Значит, не так уж и плохо мы работаем, коль востребованы игроки.

— Сейчас в “Минчанку” пришли россиянки Ольга Богданова и Наталья Думчева. Что за волейболистки?
— Доигровщице Богдановой двадцать четыре. Выступала в “Протоне” и “Заречье-Одинцово”, а последний сезон — в “Сахалине”. Там она играла далеко не всегда. Приезжала к нам на три дня на просмотр — подошла по всем статьям. Насколько знаю, у нее очень высокий съем. Диагональная Думчева на пару лет старше. Из поколения Федоринчик, Сокольчик, Владыко — они дружат. Помню Наталью в суперлиге в рядах “Воронежа”, когда тренировал “Енисей”. Потом она выступала в “Протоне”. С хорошим и блоком, и нападением. Очень хочет играть — и опять же, как и Анисова, пробиться куда-то дальше. При этом и Богданова, и Думчева ростом за сто девяносто. Ненамного ниже и почти все наши блокирующие, и пасующая Настя Шаш. Так что подбирается высокорослая команда. Думаю, теперь “Минчанка” будет мощнее в нападении.

— Весьма неоднозначна история с Анной Гришкевич. Она не играла с февраля, но сейчас, оказывается, совершенно здорова — и готовится к Евролиге в составе сборной. Ваша версия того, что произошло? И не связано ли все это с ее переездом в Италию?
— Ох, еще одна больная тема… Аня могла уйти из “Минчанки” совсем по-другому. Прошлым летом мы общались напрямую со швейцарским “Волеро”. Этот богатый клуб был готов забрать Гришкевич за сумму куда больше той, которую получили от “Монцы” в качестве компенсации. У Ани был на руках контракт. Однако я попросил владельца “Волеро” Става Якоби оставить ее на сезон в Минске — выступить в суперлиге. Он сказал: “Хорошо. Но через год она наша”. Скрепили все честным мужским словом — без документов. Аня об этом, конечно, знала. И вдруг в декабре, когда к нам приезжал Краснодар, подписала контракт с российским агентом. Причем без ведома как моего, так и нашего клуба. Уехала в Италию, а я, выходит, подвел “Волеро”. Со мной там теперь и разговаривать не хотят.

— Травмы у Ани начались еще осенью, не так ли?
— В ноябре в игре с “Динамо” в Москве у нее возникли проблемы с голеностопом. Восстанавливалась не меньше месяца. Ей приходилось тяжело, и мы этот процесс не форсировали. А вообще, никаких конфликтов у нас с ней не было. Но после встречи в феврале с “Енисеем” в Минске Аня просто пропала. Следующий матч у нас спустя считанные дни с “Будовлянами” в Лиге чемпионов — тоже не показывается. Через доктора узнаю, что ей вызывали скорую, забрали с давлением и положили в РНПЦ неврологии и нейрохирургии.

— Давайте по порядку. Просто пропала — это как?
— После того матча с “Енисеем” зашел в раздевалку и отчитал Аню за плохую игру. Она объявляет: “У меня температура — тридцать восемь”. Спрашиваю у доктора: “Вы знаете об этом?” — “Нет”. Не знал вообще никто. Почему Гришкевич не оповестила нас перед матчем? Потому что хотела играть. Я тут же при всех попросил прощения: “Извини — не знал, что у тебя температура”. А она, видно, после того случая обиделась, и все пошло наперекосяк. Начала прогрессировать ее болезнь. Она отстранилась, замкнулась. Жила своей жизнью. Нигде не появлялась. Не звонила ни мне, ни девчонкам. Не рассказывала, что к чему — мы обо всем узнавали только от врача команды.

— Допускаете, что эти ее проблемы со здоровьем отчасти надуманны?
— С одной стороны, верю всему, что она рассказывает. Но с другой — предоставьте мне факты! Какой у нее диагноз? Его же ставят каждому человеку, который идет к доктору. А диагноза Гришкевич нет до сих пор. Консилиум врачей постановил, что все показатели здоровья — в норме. Правда, при этом разрешил тренироваться на семьдесят процентов от общей нагрузки. И никаких бумаг. А готова она играть или нет, непонятно. Сказали, что здорова. Так дайте мне подтверждающий документ! Покажите заключение комиссии, что с ней все это было. А то сейчас оказывается, что с сердцем проблем нет. С давлением и с головой — тоже. Да, переутомление налицо. Кто знает, может, эти три месяца покоя и привели к тому, что у нее все прошло.
Да, однажды Аню забрала скорая с высоким давлением — 160 на 120. Так у нас многих можно было забирать в больницу! Анисова пропускала последний матч плей-аута с Челябинском — давление 160 на 130. Вот у нее уже явное переутомление было. У Гришкевич тоже, но не столь серьезного характера. А колени и плечи в “Минчанке” больные почти у всех! Девчата пластырем переклеенные. Не допускать к встречам можно было любого. Но они выдержали. Столяр играла с очень сильно выбитым пальцем. Сокольчик выходила на уколах — защемление нерва в области плеча. У Лены Федоринчик тоже проблемы — воспаление паховых колец. У Саликовой что-то с пальцем было...

— Может сложиться впечатление, будто это Гончаров своими нагрузками довел Гришкевич до такого состояния.
— Я же не изверг! Сказала бы осенью, что голеностоп побаливает — тут же освободил бы ее на день-два от полноценных тренировок. Это же нормальное явление. Так и Аня Калиновская ко мне подходила, и Оксана Ковальчук, и та же Анисова с коленом. Знаете, у меня были хорошие учителя, и один из них сказал: “Войну выигрывают здоровые люди”. Вот этого принципа и придерживаюсь. Результат любой ценой — так нельзя. Здоровье человека дороже.
Аня немного лукавит. Перед началом сезона она, как и все наши игроки, ездила летом с семьей отдыхать на юг. Отпуск отгуляла полностью. Да, приезжала из “молодежки” с больной спиной — мы ее щадили. После выступлений в сборных лечили по месяцу. В прошлом году у нее уже были проблемы со спиной, но все равно отправилась в сборную играть в Евролиге. Говорю: “Аня, может, не стоит?” А закончилось тем, что последний матч — в Минске с Чехией — вообще пропускала. Очень болела спина. Так это разве ко мне претензии?

— Она ведь и не скрывала, что замалчивала свои травмы из-за большого желания играть.
— Аня по молодости хотела объять необъятное. Говорю ей: “Давай ты сегодня отдохнешь”. Чуть ли не плачет: “Нет, вы что!” Она меньше всех подходила к доктору. У нас есть аппарат МРТ, и другая техника. Многие девчата оставались после тренировки — эта убегала первой. Но виновата не только она одна. Я тоже. Следовало сдерживать Гришкевич вопреки ее желаниям.
Можно ли ее понять? Прошлым летом Аню звали к себе и московское “Динамо”, и Казань, и Калининград. Но она адекватно мыслит: “Там не буду играть, а здесь есть практика”. Приняла верное решение на год задержаться в Минске. Но, увы, не следила за здоровьем. А когда пришла к этому пику, то все растерялись — и сама Аня, и мы неправильно себя повели. Я ответственности не снимаю — ни с себя, ни с доктора. Повторюсь: виноваты все понемногу.

— В конце сезона в команду она все-таки вернулась?
— Когда в апреле настала пора закрывать бюллетень, снова вышла на работу. На тренировке разминалась, я ставил ее у стеночки, но не более того. А как иначе, исходя из имевшихся у нее симптомов? Вдруг с ней что-то случится? Я за решетку не хочу. В июле будет повторная комиссия. Но Гришкевич, не дожидаясь ее результатов, подписала контракт с “Монцей”. Препятствий мы не чинили — поступили порядочно. А вот что делала она, пусть останется на ее совести. Впрочем, желаю Ане только удачи и процветания. Дай бог ей здоровья, добра и хороших выступлений в Италии.

— За футболиста Павла Савицкого “Неману” положена компенсация в размере 265 тысяч долларов. А сколько вы получили за Гришкевич?
— Примерно в десять раз меньше.

— Сезон у “Минчанки” получился неоднозначным. Часто слышали вопрос: “Зачем вам эта суперлига?”
— Нет. Наоборот, благодарят: “Молодцы, что играете в России! Спасибо за сезон!” Мы признательны федерации за соглашение с российской стороной. Нас в суперлиге хотят видеть. Потому что команда необычная, со своим стилем. Были бы у меня еще два-три человека, заняли бы пятое место. Да и все мои коллеги это говорили. Я часто слышал с трибун: “Замени ту, замени эту!” А кем? Девочкой, которой семнадцать? Бекша, Тимофеева, Просолова, Филистович — кого из них выпустить?

— Стало быть, итоги сезона в целом позитивные?
— Мы подняли женский волейбол в стране на высокий уровень. И девчонки, и я идем на улице — нас узнают, поздравляют. Да, не попали в плей-офф, ну так мы же первогодки. Сами виноваты: в Минске уступили “Сахалину”, не дожали “Енисей”, не набрали очков в игре с Краснодаром. Но даже с этим составом были близки к цели. И, считаю, сезон удался. Ни о чем не жалею. Тем более мы болельщика на трибуны привлекли — вот это самое важное. А еще вырос каждый наш игрок и команда в целом. Девчата впервые столкнулись с необходимостью постоянной концентрации на площадке. “Минчанка” должна всегда выступать при таком уровне сопротивления. И не важно, кто будет тренером — Гончаров, Петров или Сидоров. Мы туда попали, а теперь это нужно продолжить. Только так и возможно развитие нашего волейбола.



Комментарии (0)