2020-07-24 08:22:25
Футбол

"Да, я был придурком!" Он убегал от кредиторов за границу, работал в баре, чистил ковры, не знал, где ночевать, — после 60 матчей за сборную

"Да, я был придурком!" Он убегал от кредиторов за границу, работал в баре, чистил ковры, не знал, где ночевать, — после 60 матчей за сборную"Я просто встал на подоконник и пописал из открытого окна. После этого я мог сразу собирать свои манатки..."

Все игроки в истории мирового футбола делятся на три категории: те, кто умеют обращаться с деньгами, те, кто не умеют обращаться с деньгами, и правый защитник "Аякса" и сборной Голландии Вим Сююрбир. При всех волчьих ямах белорусской экономики вы, читающие эти строки, скорее всего богаче этого человека, выигравшего все на клубном уровне.

Часть первая, в которой Вим Сююрбир готовит завтрак, а Йохан Круифф думает, как выгнать его из дома

Тот погожий день в Барселоне не предполагал приятных сюрпризов. Но один для семейства Круиффов все-таки случился: на пороге их особняка вдруг оказался Вим Сююрбир — легендарный защитник "Аякса" и сборной Голландии, вместе с которым Йохан выиграл все три своих Кубка европейских чемпионов. Оказывается, Вим проходил мимо, ну и решил зайти на чашечку кофе. В "Аяксе" 70-х Сююрбир был душой компании, так что Круифф и его жена Данни были очень рады. Конечно, и не только кофе! Зачем тебе идти в гостиницу, Вим? Переночуй у нас!

С утра Данни спустилась на кухню и была приятно удивлена: там уже скворчела яишница с беконом, Вим лихо подавал хозяевам кофе. Такой же топ-сервис повторился и на следующий день, и через день, и через два дня…

Когда с момента прибытия Сююрбира прошло полтора месяца таких завтраков, Круиффы все-таки не выдержали и поинтересовались: "Вим, а какие вообще у тебя планы?"

Вопрос поставил экс-защитника "Оранье" в полнейший тупик. Планов у него не было. Как и денег. Как и дома. Как и желания возвращаться назад в Амстердам. Он, возможно, и вернулся бы, но там он должен куче людей кучу денег, а кроме кредиторов не сказать, что его кто-то сильно ждал… В общем, Сююрбир был не против пожить у Круиффов любое количество времени.

Йохан схватился за сердце: человек, который 13 лет подряд был основным правым защитником "Аякса", четырежды играл в финале КЕЧ (и три выиграл), поднимал над головой Суперкубок Европы и Межконтинентальный кубок, два раза выходил на поле в финалах чемпионата мира (пусть оба и проиграл), не знает, где переночевать?.. Круифф и сам однажды прогорел на свиноферме, но чтобы совсем обанкротиться?

На улицу бедового Сююрбира, конечно, не выгнали. Как мог Йохан не помочь человеку, который в финале Кубка чемпионов-1971/72 сделал ему шикарный голевой пас? Да и вообще представить "Аякс" 70-х без неубиваемого правого защитника тяжело. Он дебютировал еще при Вике Бакингеме, затем расцвел при Михелсе и на 13 лет застолбил за собой бровку, сыграв за 500 матчей в бело-красно-белой футболке (за всю истории только у Щаака Сварта больше).

Он семь раз выигрывал чемпионат Голландии, четыре раза брал Кубок Голландии… "Лошадиные легкие" — так говорили про него одноклубники. Уровень, ниже которого он не опускался, был мировым. Немецкие журналисты назвали его Ринго Старром великого "Аякса". Пока Круифф, Кейзер, и Неескенс сочиняли свои великие произведения, кто-то должен был задавать им ритм. Этим кем-то и стал Сююрбир.

Круифф это помнил. Он сел на телефон, обзвонил друзей — и Вим отчалил в "Аякс Орландо". Существовал в то время такой клуб в США, где у Йохана были подвязки.

Йохан Круифф и Вим Сююрбир

Часть вторая, в которой Вим Сююрбир бегает голышом с винтовкой и писает из окна

Вильхельмюс Лауренс Йоханнес Сююрбир появился на свет в Эйндховене в 1945-м, но совсем скоро семья переехала в Амстердам. В столичную жизнь парень влился быстро — начал играть во дворе в футбол. Вскоре его новый друг посоветовал ему записаться в клуб "Амстел". Другом был Пит Кейзер, что лишний раз свидетельствовало о колоссальной плотности таланта того голландского поколения. Там же, в районе Оостерпарка, жили и Бенни Мюллер с Тооном Пронком — все впоследствии прошли через "Аякс"!

В "Амстеле" Сююрбир сразу принялся колотить голы с такой частотой, что на него обратили внимание профессионалы. Первый просмотр устроили в ДВС, но там парня посчитали слишком щуплым. А скаута "Аякса" Яни ван дер Феена легковесность Вима во время посещения матча "Амстела" не смутила (еще бы: этот же человек в свое время открыл Круиффа, который выглядел в первых матчах за основу совсем ребенком). "Я не ахти как играл, но забил три гола. Один — неожиданно перекинув мяч через вратаря, стоя спиной к воротам", — признавался Вим.

Сююрбира подписали быстро. Он согласился перейти за пару новых бутс, майку, трусы и гетры. И сразу попал в молодежную команду с Йоханом Круиффом, его братом Хенни и Барри Хюлсхоффом. Перепробовав его на многих позициях, ван дер Феен остановился на варианте "правый защитник". И это было стопроцентным попаданием. Уже в 18 лет Сююрбир дебютировал за взрослую команду.

Примерно в то же время Виму пришел срок отдавать долг Родине и Королеве: его забрали в армию. Начинал службу рядовой Сююрбир в Бреде, в Заутландских казармах. Восходящую звезду посадили в штаб и сказали, что у него все шансы скоро стать сержантом. "Но сержанту надо было столько делать! Я не собирался всем этим заниматься. Я хотел только играть за "Аякс" по воскресеньям". Чтобы не скучать в свободное от футбола время Сююрбир начал вытворять все, что придет в голову: "Я совершал дикие поступки. Например, бегал по коридору полностью голый, но с винтовкой на плече. Выходил на плац в одной портупее с фляжкой для воды. Однажды, когда трубили сбор, я просто встал на подоконник и пописал из открытого окна. После этого я мог сразу собирать свои манатки…"

В армии закономерно посчитали, что давать такому в руки винтовку опасно. Сююрбира перевели на альтернативную службу в Хейс-Тер-Хейде под Утрехтом, где дали наименее опасную для общества работу — писарем у пастора. "У меня была комнатка рядом с залом, где шла служба. Я должен был помогать при молебнах по четвергам и пятницам. Как закончится, подавать кофе и пирожные. Во время проповедей я отвечал за магнитофон. Мне подавали знак, и я должен был включать запись с органной музыкой. Но иногда я просто врубал "The Rolling Stones" вместо 95-го псалма…"

В целом альтернативная служба парню нравилась: он мог каждый день спать, сколько влезет, потом ездить на тренировки, несмотря на проделки с магнитофоном, священник и его жена любили непутевого армейца. "Жена очень вкусно готовила. Я часто ходил к ним в гости. Когда я уезжал, они мне даже книгу подарили. Библию, какую ж еще?.."


Часть третья, в которой Вим Сююрбир объединяется с Руудом Кролом в комический дуэт и подкладывает в бутсу Рууду Геелсу какашку

Казалось бы, у такого балбеса отношения с железным Ринусом Михелсом сложиться никак не могли. Но Сююрбир на поле был далеко не анархистом. Какое-то время на притирку потребовалось, но затем Вим четко выполнял все, что просил тренер. Тем более просил он нешаблонных вещей — атаковать.

До Сююрбира защитник в голландском футболе делал строго то, что написано в "техпаспорте". Тотальный футбол изменил все. Именно Вим стал первым современным защитником в футболе Страны тюльпанов: в атаке он проводил гораздо больше времени, чем у своих ворот. "Аякс" забивал по 90-100 голов за сезон в "eredivisie", рвал всех в Кубке чемпионов, а Сююрбир становился эталоном "коридорного". После финала чемпионата мира-1974 левый форвард "бундесманншафт" Бернд Хельценбайн признается в интервью "Frankfurter Rundschau": "Сююрбир столько времени проводил в атаке, что я фактически играл левого защитника, чтобы его караулить. Хотя по идее я был нападающим…"

И в сборной, и в "Аяксе" Вим играл еще одну важную роль — души коллектива. Без его шуточек не обходилась ни одна тренировка. Особенно он спелся с левым защитником Руудом Кролом. Их звали тогда "Babbel en snabbel" — Штепсель и Тарапунька, Карцев и Ильченко, Харламов и Батрутдинов того времени.

"Дни перед чемпионатом мира-1974 — худшие в моей жизни", — вспоминает пятикратный лучший бомбардир "eredivisie" Рууд Геелс. Его как новенького в сборной и "Аяксе" Сююрбир проверял каждый день. Апофеозом стали какашки, которые он подложил Геелсу в бутсы. Еще один излюбленный трюк — подмешать виски в поилки с водой — также был опробован. Образумить Сююрбира и Крола было просто невозможно.

В 1978-м армейский фокус был повторен на чемпионате мира. Сююрбир вошел в историю как первый футболист, пописавший прямо на ходу командного автобуса сборной Голландии. По другому переложению легенды Рууд Крол тоже принимал участие в "поливе". Виной всему — аргентинские "барра брава", которые провоцировали "Оранье".

Вилли ван де Керкхоф: "Вим — это тот еще чертяка! Мы делали все, что запретил бог". Рене ван де Хейп (с которым Сююрбир непродолжительное время в 1980-м выступал за "Спарту"): "Однажды мы напились, как обезьяны. Сели в машину, едем. Вдруг сзади — синий полицейский маячок! Что делать? Вим остановился на обочине, и мы быстро пересели на заднее сидение. Полицейские подъезжают, начинаются вопросы. Мы говорим: водитель только что был, но испугался полиции и убежал! Они нам поверили, и даже по домам согласились нас подвезти. Помню, едем возле стрип-клуба, а Сююрбир говорит: во, останови, мы здесь недалеко живем!.."

При этом на поле защитник был невероятно серьезен. На том же ЧМ-1974 поединок голландцев и бразильцев стал одним из самых грязных в истории турниров. "Латиноамериканцы постоянно били нас исподтишка, особенно охотились на Круиффа. К счастью, у нас был Сююрбир", — это Джонни Реп вспоминает, как Вим выполнял роль тафгая в сборной.


Часть четвертая, в которой Вим Сююрбир получает от "Шальке-04" чемодан денег и встречает женщину своей мечты. А потом — еще одну женщину своей мечты. А потом — еще одну

"Есть ребята, которые здорово обходятся с деньгами. А ко мне если и попадает 100 долларов, то их сразу становится 20", — вспоминал Сююрбир в программном интервью Йохану Дерксену — Васе Уткину голландской футбольной журналистики.

"Аякс" никогда не был клубом, в котором платили запредельно много. Но все партнеры, которым Сююрбир подкладывал в бутсы какашки и подливал виски в бутылки, в общем и целом процветали. А у него деньги никогда не задерживались. По молодости это молодостью и объяснялось. Тем более что вскоре после перехода в "Аякс" защитник потерял обоих родителей.

Жизнь Сююрбира вполне отвечала высокому стандарту юной звезды: тачки, алкоголь, женщины — все премиальное. "Моим лучшим другом тогда был Хенк Хауваарт, который играл за "Ден Гааг". После каждой игры я прыгал в машину и ехал к нему в Гаагу. В Гааге тогда были самые красивые девочки… Там мы, конечно, пили и кутили напропалую. После того, как умерли родители, я сказал себе: надо наслаждаться каждым днем жизни. Потому что она может внезапно закончиться. С этой мыслью я вставал утром с кровати".

Женившись на одной из красавиц, по примеру одноклубников Сююрбир решил заняться бизнесом. Первой попыткой стала парикмахерская, которой взялась управлять новоявленная супруга Вима. "Мы сразу поняли, что открылись в плохом месте. Жили мы тогда в Берхене, а машина у нас была только одна. Каждое утро я сначала вез жену на работу, потом ехал на тренировку, потом опять за женой… После четырех месяцев стало понятно, что так жить нельзя".

Идея с парикмахерской была отправлена на свалку истории, а Вим начал развивать магазин спорттоваров: "Но в него нужно было всю дорогу инвестировать… Да и вообще, если ты футболист, то для бизнеса у тебя должен быть надежный партнер. У Щаака Сварта вот был Брам Хаферкамп. Он все делал, а Щаак спокойно тренировался. Ну или хотя бы жена подходящая. Короче, не мой случай".

Мефрау Сююрбир жила на широкую ногу. Вскоре Вим решил развестись, но получить развод оказалось не так просто. В итоге футболист оставил ей дом, машину и 600 тысяч гульденов. "И еще надо было платить алименты, но я постоянно забывал" — classic story.


Чтобы помочь Сююрбиру, которому было уже 32, "Аякс" согласился отпустить его в "Шальке-04": "В 1977-м сборная Голландии играла против Бельгии на Олимпийском стадионе. Это был вечер, когда мы вышли на чемпионат мира в Аргентине. После матча мы поехали в "Хилтон" и обо всем договорились. Ханс Каттенбюрх разговаривал с немцами. Мне дали чемодан, полный денег, и я пошел домой. Это было точно как в фильме. Эти деньги впоследствии тоже достались моей первой жене. Уже через три дня я вышел против "Гамбурга".

В "Шальке-04" у защитника не вполне сладилось. Жизнь в Германии Виму нравилась (были и там верные друзья, с которыми не заскучаешь), но вскоре уволили тренера, поменялся президент. "Новый президент решил, что я слишком много зарабатываю. Короче, веселье заканчивалось. Пока я был на чемпионате мира в Аргентине, Ханс Каттенбюрх договорился о моей продаже в "Мец". Честно говоря, Франция сама по себе нравилась мне меньше. Хотя меня там встречали, как звезду мундиаля. Даже когда я играл плохо, газеты писали позитивно. Но тренер всю дорогу ставил в состав своих дружков. Мне это начало надоедать. На какие-то выходные я поехал в Амстердам и встретил Михелса. Он говорит: "Может, хочешь в Калифорнию?" У меня контракт с "Мецем", говорю. Во Францию я вернулся на неделю позже, чем должен был, следующий же матч мы проиграли "Монако" 1:6. Президент был в бешенстве". А Вим почти сразу поехал к Михелсу в Лос-Анджелес.

В "Лос-Анджелес Ацтекс" была неслабая голландская диаспора: помимо нашего героя и Михелса, там выступали Круифф, Лео ван Феен, Хууб Сметс и Томас Ронген. "Мы все жили рядом друг с другом в Редондо-Бич. Михелс был по-прежнему суров на тренировках, но в остальном он изменился, стал гораздо более человечным. Отличные были три года! Я еще летал в Гонконг играть против "Боки Хуниорс" за команду "Сейко". Марадона ни разу не коснулся мяча, и после матча мне сразу предложили контракт: 25 тысяч гульденов чистыми в месяц, бесплатное проживание в лучшей гостинице Гонконга, водитель с машиной в моем распоряжении 24 часа в сутки. Я остался. В команде были одни китайцы и португальцы, так что я вообще никого не понимал".

Сняв сливки в Азии, Вим вернулся в США. Ведь здесь ему было суждено познакомиться со своей второй женой. "Тогда клубы в Америке создавались и исчезали мгновенно. Сегодня у тебя отличный контракт, завтра такой команды уже не существует. У меня начались проблемы с Анной, моей тогдашней женой. Она жила в Калифорнии. Я был очень влюблен, пытался спасти наш брак при помощи денег. Но ничего не получилось, только в долги залез".

Йохан Дерксен, приехавший в США в 1985-м брать интервью у Сююрбира, нашел его за стойкой бара в Сан-Хосе. Бар когда-то принадлежал Джорджу Бесту, с которым Вим тоже неплохо кутил. "Я бы не сказал, что он так уж много пил, как рассказывают. После пяти порций виски он обычно останавливался".

Тогдашняя девушка Вима (ей на тот момент только 21, в два раза меньше, чем нашему герою) дала ему 500 долларов на курсы гостинично-ресторанного бизнеса. Деньги она заработала, снимаясь в малобюджетных фильмах и мечтая о настоящем Голливуде. Сююрбир не мечтал ни о чем: у него была отличная подружка, работа бармена и шикарная "Шевроле Камаро". "Мне просто повезло: у меня друг работает в лизинговой компании".


Часть пятая, в которой Вим Сююрбир конкурирует с мексиканцами-нелегалами за доллары, возвращается в большой футбол, ассистирует в Индии, а потом умирает

Когда у Сююрбира шла плохая полоса, она всегда была очень плохая: "В "Хьюстон Динамоз" я получил серьезную травму. Спасибо еще, что прооперировали за счет клуба. В 20 тысяч долларов обошлась процедура. Играли в каком-то диком соревновании. В шестом туре меня унесли. Потом я два месяца просто лежал в квартире с гипсом…"

Когда футбольные предложения закончились, он начал хвататься за любую работу: водитель грузовика, чистильщик ковров, развозчик цветов, продажа одежды, мебели, автомобилей, клининговая компания… "В Америке чаще всего предпочитают мексиканцев-нелегалов. Они готовы работать за 1-2 доллара в час. А мне надо платить 35 долларов в день. Какое-то время я был официантом во французском ресторане в Голливуде, потому что знал кое-что на французском. Но это было временно… Хорошо, что благодаря девушке прошел курсы и смог стать барменом. Но вообще в США мне нравится. Может, кроме Хьюстона. Я жил в Марина-Дель-рей, Пасадене, Сан-Хосе, Тулсе. Родители моей девушки из Далласа, там тоже ничего. Отец — адвокат, отличный чел. А что меня ждет в Голландии? Долги?

Я домой даже напрямую в Амстердам не летаю. Приземляюсь в Брюсселе и уже оттуда еду. У меня нет ни дома, ни машины, ни профессии. Когда я читаю, что голландские тренеры и футболисты говорят друг о друге, мне просто плохо становится. У меня есть диплом "С", но с ним в Нидерландах работу не получишь. Я не зазнайка, я готов начать помощником в "Феендаме", но даже туда меня не возьмут. Думаю, у меня есть качества тренера — я же был играющим помощником в "Сан-Хосе Эрскуэйкс" и "Тулса Рафнекс". Да и вообще здесь, в Америке, говорят, что я играл в двух финалах чемпионата мира, много лет был топ-футболистом. А для Голландии я — человек с дипломом "С".


Тем не менее, из Америки ему пришлось уехать — просто не продлили визу. Его подхватил на какое-то время тренер Рене Мейленстейн — так Вим провел в качестве ассистента два сезона в Катаре. Но Мейленстейна потом пригласил в ассистенты Сэр Алекс Фергюсон, а Сююрбира никто никуда не пригласил.

В 2002-м он попробовал поработать с Фоппе де Хааном в "Херенвене" — даже получил диплом "В" по такому случаю. Но толком там ничего не получилось. В 2017-м все тот же Мейленстейн еще на сезон взял его на буксир во время работы в Индии. Тот год с "Керала Бластерз" был последним для Сююрбира-ассистента…

Когда приходилось особенно туго, его поддерживали Круифф и Пит Кейзер. Обижаться на него было решительно невозможно. Потом оба умерли.

"Да, знаю, что я был просто придурком. Выбросил на ветер много денег. А так бы мог открыть бар, жить себе нормально. Но где взять средства? Моей ошибкой было доверять всем. Но что поделать: на ошибках учатся. У меня такой характер: не надо зацикливаться на проблемах. По крайней мере, я честный человек. Никогда ничего не украл. У меня нет зависти к тем, у кого есть деньги. Я не денежный маньяк. Деньги меня не особо интересуют. Да, кто-то из моих друзей по команде лучше распорядился премиальными. Но у меня тоже была хорошая жизнь", — размышлял Сююрбир вслух для "Voetbal International".

В мае 2020-го у Сююрбира случилось нетравматическое внутримозговое кровоизлияние. В июле он отдал богу свою неунывающую душу. За ней не было ни евроцента денег, но и особых сожалений тоже не было.




Комментарии (7)

torn 24 Июл 2020 22:06
Цитата:

torn, и да... это был стеб))) надеюсь именно это вы и оценили)))

Несомненно ))
Пешеход 24 Июл 2020 21:48
torn, и да... это был стеб))) надеюсь именно это вы и оценили)))
Пешеход 24 Июл 2020 20:48
Цитата:
работник УЕФА?
не, там вошкевич... а это блогер
torn 24 Июл 2020 12:15
Цитата:
Андрей ВАШКЕВИЧ

работник УЕФА?
stratilat 24 Июл 2020 12:05
ну пожил , за 70 лет. Уже не плохо. Главная проблема у звезды, как я понял в женщинах, которые его окружают. Вон Телегин не даст соврать.