2009-04-10 13:54:58
Интервью

Юбилей. Азбука жизни Александра Борисова

Юбилей. Азбука жизни Александра Борисова

Подкравшийся 60-летний юбилей заслуженный тренер Беларуси Александр БОРИСОВ впервые встретит дома, среди родных и друзей. Чему бесконечно рад. Апрель — самое горячее время в баскетбольном сезоне, и так выходило, что предыдущие круглые даты отмечал в соревновательных условиях. “По части проведения юбилейных вечеров я дебютант, — усмехается в седые усы Сан Саныч, — поэтому присутствует даже какое-то волнение, как перед важным матчем”.




О том, сколько ответственных игр провел самый титулованный в мужском отечественном баскетболе специалист, можно рассказывать долго. Даже пунктирное обозначение вех тренерской карьеры выглядит впечатляюще: десятикратный чемпион Беларуси и шестикратный обладатель Кубка, вице-чемпион России, обладатель золотой медали молодежного чемпионата Европы, 10 лет возглавлял сборную Беларуси, неоднократно признавался сильнейшим тренером чемпионата и года, обладатель престижного звания “Человек года”, лучший тренер Беларуси 80-летия.

С момента рождения “ПБ” Борисов дал газете, вероятно, добрую сотню интервью. Надо отдать ему должное: даже попав под обстрел острой критики, не отказывал в общении, мужественно держал удар. Задавать вопросы в сто первый раз — дело банальное. Вот мы и предложили юбиляру составить своеобразный алфавит с ключевыми словами, которые будят воспоминания. Идея собеседнику понравилась.

Александр. Я доволен своим именем. Полагаю, меня так нарекли в честь отца. В детстве звали Саней, а когда стал работать тренером в “Горизонте”, девчонки прозвали Сан Санычем. Оно и понятно: пока выговоришь полностью, мяч уже всю площадку пересечет. Был даже курьезный случай. Когда работал в инъязе, на кафедре вывесили список групп с фамилиями преподавателей. Гляжу, написано Борисов С.С. Ну, думаю, однофамилец, какой-нибудь Сергей Сергеевич. И не обратил внимания, что на мероприятии нужно было присутствовать. А позже, когда получал нагоняй от начальства, вдруг выяснилось, что в деканате меня все воспринимали только как Сан Саныча. Кстати, мою четырехлетнюю внучку также зовут Александрой. Втайне надеюсь, что в честь деда.

Арис. Когда федерация стала самостоятельной, сразу же заявили РТИ в Кубок Корача. А денег-то нет, что для начала 90-х было делом обычным. Пришлось договариваться с “Арисом”, чтобы обе игры провести на его территории. Первый раз оказались в Греции — интересно! Дебют получился неудачным, проиграли дважды, зато поняли: на этом уровне можем играть. Поразил антураж: полный зал, болельщики агрессивные. Почувствовали тогда, что такое настоящий прием. В Салониках от гостиницы до зала всего километр, но нам предоставили полицейский эскорт с мигалками. Это было в диковинку.

Афины. В этом городе в 1995 году сборная Беларуси добилась исторической победы над чемпионами Европы греками. Приехали в столицу вдевятером — у Грищука оказались проблемы с паспортом. Ясно было, что соперник сильнее, у него звездный состав: Яннакис, Фасулас, Иконому, Алвертис. Когда разница в счете дошла до двузначной, хозяева расслабились. Мы же поднажали. Иногда нехватка мастерства компенсируется характером, волей — в моей практике такое было. И мы вырвали сенсационную победу — 82:77. Греки в шоке. После игры свод 15-тысячника чуть не рухнул от оглушительного свиста. А пока мы мылись и давали интервью, греческого тренера сняли с работы.

Барселона. Игру с испанцами в Кубке Корача в 93-м тоже считаю исторической для РТИ. С какими только соперниками после этого ни приходилось встречаться, а подобной великой команды больше не попадалось. Ажиотаж сумасшедший! И сражались мы с грандом почти на равных. Через неделю лететь в Барселону — а денег нет. Пришлось отказаться, хотя испанцы готовы были даже оплатить нам дорогу — у них был неподдельный интерес к нашей команде, по достоинству оценили молодежь. Кстати, в следующем году Валеру Дайнеко пригласили играть в Испанию. А за тот недоезд ФИБА оштрафовала нас на 7000 дойчмарок.

Баскетбол. В этом году отмечаю двойной юбилей: 60 лет от роду и 50 — как я в баскетболе. В 1959 году поступил в ДЮСШ-5 города Могилева. Первый тренер — Илья Михайлович Миронов. Потом попал к Ефиму Исаковичу Цейтлину. Огромное влияние на мой выбор оказало то, что брат Виктор занимался баскетболом. Он на четыре года старше, поэтому тянулся за ним как мог. Увлекся и все — оказался однолюбом. Мы жили возле стадиона, так на открытой площадке молотили кольцо с утра до вечера. Я фанател от баскетбола. Страстно хотел играть, достичь чего-то большого. Ну, кое-чего добился. Выступал за юношескую сборную республики, был приглашен в минский “Спартак”, потом в РТИ, стал мастером спорта. Не выдающийся, конечно, результат, но все-таки. Заранее знал: когда закончится игровая карьера, обязательно останусь в баскетболе.

Борисовы. Родители познакомились на войне — они однополчане. После победы приехали в Могилев — отца назначили директором машиностроительного техникума, а когда открыли машиностроительный институт, стал его первым ректором. Обожал спорт. До войны занимался легкой атлетикой, лыжами, но из-за ранения — осколок остался в бедре — со спортом пришлось закончить. Но стадион посещал активно, к спортсменам относился хорошо, помогал. Его институт всегда имел отличные спортивные показатели. Наше с братом увлечение баскетболом отец с мамой только приветствовали. Огромное им спасибо за то, что ничего нам не навязывали, не запрещали. Это сыграло огромную роль в становлении моего характера.

Веремеенко. Впервые увидел Володю на детских соревнованиях. Он был не по возрасту играющим. Когда мой “Гродно-93” выступал в Северо-европейской лиге, по договоренности с гомельскими тренерами стали привлекать его на международные игры. Парень очень способный, был физически хорошо подготовлен и мог полезно выступать во взрослых соревнованиях. Понял, что стоит приглашать его и в национальную команду. Дебютировал Володя в Таллинне и сразу набрал 11 очков. После матча эстонцы интересовались, откуда такой паренек? К сожалению, у Веремеенко проблемы со спиной. Похоже, сказалось то, что в юном возрасте был задействован сразу в трех-четырех сборных, причем в каждой играл помногу. Первым из белорусов попал на драфт НБА. Жаль, дальше летних просмотров дело пока не идет.

Виктории. Запоминающихся побед было немало, о всех не расскажешь. Выделю, пожалуй, сражение московского “Динамо”, которое я возглавлял, с ЦСКА в финале чемпионата России. Уступили только в последнем, пятом матче. Да и то со скандалом. Поменяли судью, в общем, сделали все, чтобы армейцы взяли золото. Мне позже намекнули, почему всеми правдами и неправдами не дали тогда выиграть. Мол, приехал из Беларуси и поднял руку на народную команду.

Виталюр. Последний клуб, с которым завоевал титул. О работе в “Виталюре” остались приятные воспоминания. Величайшая заслуга Александра Яцука в том, что он создал базу — небольшую, но добротную. Команда подобралась интересная. Еременко из России здорово выглядел, Кузьмин согласился помочь. Выиграли чемпионат, взяли Кубок. Когда со мной не продлили контракт, уходил со спокойной душой: все поставленные перед командой задачи были решены.

Горизонт. Закончил играть в 25 лет и собирался ехать в Могилев: думал, пойду работать в ДЮСШ. Однако Семен Львович Халипский, который тогда возглавлял “Горизонт”, предложил стать его ассистентом. Мы с ним земляки, он меня с детства знал. Помогал в основной команде плюс отвечал за молодежь. Семь лет работы в “Горизонте” стали этапом становления. Со сколькими известными специалистами посчастливилось пообщаться! Тогда ведь советский женский баскетбол в мире котировался высоко. Проходил у них колоссальную тренерскую школу, как губка, все впитывал.

Гродно-93. Мне предложили поработать в “Гродно-93”, когда вернулся из Москвы. Классное время! Должен сказать, что для областной команды местным руководством во главе с губернатором Дубко было сделано многое. Регулярно играли в еврокубках, сумели пробиться в СЕБЛ. Подтянули инфраструктуру: уложили помост в Ледовом дворце, “запустили” аэропорт, в гостинице организовали евроремонт. В команде появились первые легионеры, на матчах собиралось как минимум по две тысячи зрителей. Ребята росли, набирались опыта. На внутренней арене шесть лет подряд были вне конкуренции, пять раз выигрывали Кубок, некоторые чемпионаты проводили без единого поражения. Эти рекорды можно только повторить.

Дочери. Меня окружают одни женщины: жена и две дочки. Старшая, Юля, вне спорта: закончила институт иностранных языков, потом Боннский университет. А вот Оля — теннисистка, мастер спорта, в настоящее время получает образование и играет за американский университет Вирджиния.

Едешко. Знакомство с Иваном Ивановичем произошло, когда поступил в институт физкультуры и начал тренироваться в “Спартаке”. Едешко дружил с моим старшим братом и, как я понял, решил взять надо мной шефство. Хорошо относился, мы были дружны. Но жизнь разбросала. Он попал в сборную СССР, пустили корни в ЦСКА. Снова судьба столкнула, когда я возглавил “Динамо”, а он был вторым тренером ЦСКА. Стали конкурентами. Все посмеивался в усы: “Что-то тяжеловато нам с тобой бороться”. В 2000 году снова сошлись: в Кубке Корача мой “Гродно-93” сражался с его иркутским “Шахтером”. Что подкупает в Едешко: какой был, такой и остался, несмотря на ранги, заслуги и популярность. Не отрывается от родины: уже много лет у нас проводится турнир на его призы, приезжает устраивать мастер-классы.

Жена. Мы уже 33 года вместе. Знаю, что ей сложно. Моя работа требует понимания профессии и терпения моего характера. А он непростой. Светлана Ивановна тоже спортсменка, мастер спорта по гимнастике, витебская динамовка. В молодежной сборной СССР тренировалась с Петрик, Лазакович. Познакомились в 75-м. На сборе в Могилеве готовились к Спартакиаде, а она арбитром была там на гимнастическом турнире. Вот как-то они высыпали из судейской на балкон и наблюдали за тренировкой. Я как защитник обладал хорошим периферическим зрением, поэтому одним глазом следил за площадкой, а вторым поглядывал на красивую девушку, которую сразу приметил. Завязалось знакомство. После этого год ездил к ней в Витебск. Оказалось, не зря. Интересно, что уже на следующий день после свадьбы мне пришлось уехать на соревнования.

Завистники. В тренерском цехе их хватает. Наверное, профессия такая. Каждый хочет стать первым, а место всего одно. Когда был моложе, переживал. А потом иммунитет выработался, перестал обращать внимание. Завидую ли я? Конечно, но по белому. Например, Мессине. Мне он импонирует как тренер-психолог, организатор. Столько лет на таком высоком уровне стабильно показывает результат. Завидовал тем, кто выигрывал Олимпиады, “Европу” и “мир”. Молодцы! Вот завистники мне говорят: “На молодежном чемпионате тебе повезло”. Повезти может раз, ну два — от силы. Но мы ведь успешно прошли предварительный раунд, попали в финал, там сыграли семь матчей. Впрочем, пусть говорят. Обратил внимание, что по черному завидуют те, у кого в профессии ничего не получается.

Кривонос. Это парень, с которым можно идти в разведку. Сверхнадежный. Всегда импонировали его бойцовские качества и самоотдача. Жаль, травмы одолели, не доиграл. Сейчас пытается осваивать профессию тренера. Посмотрим, как у него пойдет. Все данные для этого имеет.

Куль. Это фигура. Но, считаю, Саша не смог себя реализовать. Даже обидно. Когда уезжал в Америку, нам обещали сделать еще одного Юинга. Думал, там и останется, перейдя после университета в НБА. Не сложилось.

Мещеряков. Егор — лидер питерского “Спартака”. До этого здорово выглядел в “Азовмаше”, УНИКСе. Жаль, что раскрываться начал поздновато. Возможно, стоило после Америки сразу приехать в Россию, где у него здорово пошло, а не колесить по южным странам. Стоит вспомнить, что на чемпионат Европы-94 “22 и моложе” он попал, будучи 18-летним. А играл на равных со всеми.

Молодежка. Это эпопея! На ПАЗике приехали на чемпионат Европы в Словению и увезли золото. Меня часто спрашивали: кто лидер сборной? Наша сила была в коллективизме. Это Команда с большой буквы, ребята удачно дополняли друг друга. Тяжелейшее испытание — полуфинал с Испанией, фаворитом, который каждому привозил по двадцатнику. К перерыву мы уступали больше 20 очков. Пришлось применять методы отнюдь не Макаренко. Раздевалки рядом: испанцы галдят, чуть ли не песни поют. А мои парни вышли на второй тайм злые, с каменными лицами, стали “зоной” и 20 минут отпахали. И сломали соперника. На пресс-конференции испанский капитан плакал. После такой победы сам черт не страшен, мы морально были готовы бороться за золото.

Поражения. От них никто не застрахован. Уже привык: проиграл — жди критики. Но я за конструктивизм. Поразило, как было воспринято поражение от Великобритании. Да, нас раздолбали, но ведь очевидно, что соперник намного сильнее, пригласил игроков из НБА. А тут начали говорить какие-то небылицы. “Позор!” Какой позор? Мы ведь не Албании проиграли, а Великобритании, которая, готовясь к домашней Олимпиаде, сделала все, чтобы пробиться на чемпионат Европы. Давайте сядем, разберемся. Если претендуете на профессионализм, учитывайте весь комплекс проблем, которые тянутся шлейфом за сборной и практически не решаются. Нет, сразу выводы, шельмование, охаивание... Свели все к тому, что Борисов неправильно вел игру. Обидно. После этого написал заявление. Сил бороться с ветряными мельницами уже не было.

РТИ. После того как в 87-м вернулся домой из кишиневского “Инждорстроя”, принял дубль РТИ. А когда Алексей Шукшин уехал за границу, мне доверили основную команду. Пришлось работать на изломе политической системы, которая больно ударила по спорту. После развала Союза пошло резкое омоложение состава. Основные игроки уезжали — в Польшу, Болгарию, Словакию. Время было тяжелое, а здесь появилась возможность заработать. Хорошо, что располагали молодежным заделом. Поиграли в еврокубках, выигрывали чемпионат. Но после баскетбольных масштабов Союза привыкать к суверенным реалиям было тяжело.

Стайки. Сколько там сборов провел! В Стайках всегда плодотворно работается. Зал, гостиница, питание, природа, озеро, столь нелюбимое ребятами — во время кросса вокруг него углов не срежешь. А какие по вечерам возле жилого корпуса устраивались тренерские посиделки! Там ведь представители разных видов спорта одновременно пересекались. Аксакалы рассказывали байки — заслушаешься.

Тайц. Царство ему небесное. С Михаилом Алексеевичем мы выиграли европейское золото. Великий фанат баскетбола. Своеобразный человек и тренер, с ним было нелегко. Отстаивали свои позиции, но всегда находили общий язык. В ту команду он многое вложил. Мог сам быть главным тренером, и я ему благодарен, что доверил принятие решений мне. Это доверие, считаю, в результате сыграло положительную роль.

Уругвай. Был там на стажировке в 1988 году. Полтора месяца проводил занятия в командах, спортивных школах, институте. Но главное — попал в Монтевидео на предолимпийский турнир. Из шести команд на Игры пробивались две. Бразилия была сильнее. На вторую путевку метили хозяева, однако проиграли в последнем матче. Думал, без жертв не обойдется. В зале тысяч восемь болельщиков, рев невероятный, на площадку, которую охраняют карабинеры с автоматами, бросают все, что под рукой. Если бы судьи мгновенно не растворились в раздевалке, едва прозвучала сирена, за их жизнь никто бы не поручился. Больше ничего подобного видеть не приходилось.

Училище. В РГУОРе работаю второй год, готовлю юниорскую сборную к “Европе”. Одна из причин того, что там оказался, — колоссальный дефицит резерва для национальной сборной. Ведущие игроки подходят к критическому возрасту, требуется смена поколений. Возможно, я и преувеличиваю, однако некоторые из ребят, с которыми занимаюсь, через несколько лет смогут заменить сегодняшних лидеров. Ростовые данные хорошие, но не хватает мастерства. Условия в училище идеальные: учатся, живут, питаются, тренируются — все на месте. Было бы только хорошее финансирование, чтобы иметь соревновательное пространство. Хотим сохранить ребят до 20 лет, чтобы самостоятельной единицей смогли выступать в чемпионате страны. Вроде бы находим понимание со стороны руководства федерации.

Юбилей. Для пенсии я еще не созрел. Ближайшая задача — успешно выступить на юниорском чемпионате Европы. Дальше посмотрим. Востребованность имеется: уже есть предложение от одного клуба. Главное, чтобы здоровье не подвело.






Комментарии (0)