2012-11-29 22:04:55
Интервью

Предъюбилейное настроение. Андрей Зыгмантович: человек-позитив

Предъюбилейное настроение. Андрей Зыгмантович: человек-позитивГоворят, в одну реку дважды войти невозможно. Позитивно воспринимающий жизнь Андрей ЗЫГМАНТОВИЧ попытался опровергнуть народное поверье, вторично включившись в работу тренерского штаба национальной сборной Беларуси. Не мог отказать другу и соратнику по золотому “Динамо-82" Георгию Кондратьеву. И правильно сделал.


Ибо где, если не в главной команде страны, можно по-настоящему проверить, чего ты стоишь как специалист, ощутить, способен ли с холодной головой переживать колоссальную ответственность за результат, встретиться лицом к лицу с представителями тренерского цеха Старого Света и перенять у них бесценный опыт? А умение учиться, впитывать, как губка, полезную информацию — одна из важнейших черт настоящего профессионала. Ведь поделиться знаниями с подопечными может лишь тот, кто сам ими богат. Послезавтра Андрей Викентьевич отметит полувековой юбилей. Сам удивляется, сколь скоротечно время. Кажется, недавно переживал счастливейшие минуты чемпионства в первенстве СССР, а нынче вместе с партнерами по той величайшей команде отмечает тридцатилетие феерической победы.

ИЗ ДОСЬЕ “ПБ”
Андрей ЗЫГМАНТОВИЧ. Родился 2.12.62 в Минске. Воспитанник минской СДЮШОР-5. Первый тренер — Олег Базарнов. Полузащитник, защитник. Мастер спорта. Выступал за команды: “Динамо” (Минск, 1981-91, 1992), “Гронинген” (Голландия, 1991-92), “Расинг” (Сантандер, Испания, 1992-96). За национальную сборную СССР провел 36 матчей, забил 3 гола, за сборную Беларуси — 9 матчей. Участник чемпионата мира (1990). Дважды (1992, 1994) признавался лучшим футболистом Беларуси. Чемпион (1982) и бронзовый призер (1983) первенства Союза. Чемпион (1992) и обладатель Кубка (1992) Беларуси. Пять раз входил в список 33 лучших футболистов чемпионата СССР. Тренерская карьера: “Нафтан” (Новополоцк, 2001), “Динамо” (Минск, 2002), юношеская сборная Беларуси (2004-05), МТЗ-РИПО (Минск, 2007), “Каунас” (Литва, 2007-08), “Сибирь-2” (Новосибирск, 2010-12), национальная сборная Беларуси (2006, с октября 2012-го).

— Вы — воспитанник знаменитой школы СДЮШОР-5, которая щедро снабжала молодыми талантами минское “Динамо”. Как там очутились?
— Вероятно, моя судьба была предначертана. Возле дома по улице Васнецова, где мы жили, тренировалась группа Олега Михайловича Базарнова. Однажды пригласили поиграть с ними — наверное, приглянулся. Считаю Базарнова великим детским тренером, царство ему небесное. Он вывел меня в люди, дал путевку в большой футбол.

— Чувствовали, что сможете вырасти в профессионального футболиста?
— Как все дети, с радостью играл в футбол, получал от этого огромное удовольствие. Но не предполагал, что пробьюсь наверх, попаду в главную команду республики. Рядом были ребята более скоростные и техничные. Полагаю, мне воздалось за работоспособность и терпение.

— Путь из дубля “Динамо” в основу оказался сложным?
— Его я проскочил на удивление быстро. Благодаря Малофееву. Эдуард Васильевич доверял молодежи, предоставлял шанс, и им я воспользовался. Хотя первые годы не часто играл в основе, больше выходил на замену. Но люди моего возраста и этого не имели: тому же Алексею Михайличенко в киевском “Динамо”, например, больше четырех лет пришлось отрабатывать в дубле, пока Лобановский поднял его в основной состав. Так что мне повезло.

— 1982 год — самый знаменательный в истории “Динамо”. Приятно его вспоминать?
— Естественно. У нас подобрался дружный, сплоченный коллектив, который мог решать большие задачи. Выиграли чемпионат Союза, становились призерами, неплохо выступали в еврокубках. Сейчас, в юбилейный год, о той поре много говорят и пишут, не хочу повторяться. Зажег нас верой, что мы на все способны, конечно же, максималист Малофеев. Это давало огромный импульс в работе. “Динамо” считали своей семьей, поэтому особенно сильны были командным духом.

— Он наверняка исходил от “стариков”?
— Дедовщины у нас не было, старшие не притесняли молодых. Наоборот, прекрасно к нам относились. Видя это, и мы старались их не подводить. Эдуард Васильевич часто повторял: дескать, пройдет время, вы тоже станете “стариками”, и как сейчас относитесь к ним, точно так же будут относиться к вам. Тренер обладал большой мудростью — и житейской, и профессиональной. Возможно, поэтому и удалось создать такой замечательный коллектив.

— Чемпионат СССР вызывает приятную ностальгию. По нынешним меркам, была бы непревзойденная европейская лига.
— Да, турнир высокого уровня, в нем играли прекрасные мастера — Блохин, Газзаев, Кондратьев, Пудышев, Черенков, Кипиани... Да разве всех перечислишь! Блохин с Белановым становились обладателями “Золотого мяча” — кто сегодня на подобное у нас способен? Киевляне и тбилисцы завоевывали Кубок кубков и Суперкубок доморощенными футболистами, без иностранцев. Выиграть чемпионат крайне сложно. Каждая команда со своим почерком, демонстрировала добротный футбол. Было очень интересно.

— И все-таки в 1991 году вы отправились в Голландию...
— Такое тогда было время. Вернее, безвременье, когда все разваливалось, и за границу хлынул поток отечественных игроков. Не скажу, что легионерский хлеб оказался сладок. Мои переходы всегда давались тяжело — тогда еще не были отлажены отношения между клубами, федерациями. А что касалось непосредственно работы, с этим проще: уезжал за границу в возрасте, и на все, происходившее вокруг меня, смотрел другими глазами. Конечно, первые месяцы было сложно, однако постепенно все приходило в норму. Адаптация не занимала много времени.

— Изучение языка давалось легко?
— Не скажу, что полиглот, но жизнь заставляла его учить. Потихоньку начинаешь понимать, что тебе говорят, сам пытаешься разговаривать. Главное — не стесняться. В Испании было проще. Контракт долгосрочный, поэтому знание языка — обязательное условие. Сначала прикрепили ко мне переводчика, потом учителя. И дело пошло быстро. А вот в Голландии ощутил проблемы. Тяжело понять, что говорит тренер на установках, как играть. Больше неопределенности было и по контракту, который в итоге не продлили.

— В Испании вы задержались на пять лет. С какими ощущениями выходили играть против звездных “Реала” или “Барселоны”?
— Если бы попал туда двадцатилетним, голова пошла бы кругом. Я же приехал на Пиренеи состоявшимся футболистом, прошел хорошую школу чемпионата Союза, за плечами было немало игр за сборную, опыт чемпионата мира. Страха перед грандами не испытывал. Хотя почти в каждом клубе были звезды, технари. Ромарио, Стоичков, Гвардьола, Лаудруп, Бутрагеньо, Мичел, Саморано, Шукер... Естественно, они требовали к себе повышенного внимания. Но со всеми нужно было играть, подтягиваться к их уровню. Когда “Расинг” вышел в “примеру”, купил россиян Попова и Радченко — стало еще комфортнее.

— “Расинг” являлся середняком лиги. Чего больше перепадало от болельщиков: восторга или хулы?
— Фанаты относились к нам с симпатией, машины не били, даже когда проигрывали. Видели, как мы выкладывались, и ценили это. Тем более “Расинг” — единственная команда в высшем дивизионе от Кантабрии. В наш городок приезжали “Реал”, “Барселона”, другие гранды испанского футбола, поэтому народ был благодарен за это. Да, случались неудачные сезоны. Все равно это не уменьшало народной любви. Белорусам не грех поучиться подобному отношению.

— Знаю, что в ту пору вы дружили с гандболистом Михаилом Якимовичем, игравшем в этом же городе.
— Верно. Его команда здорово выглядела: становилась чемпионом страны, выигрывала Кубок, успешно выступала в еврокубках. Миша был выдающимся игроком, лидером, на котором строилась игра. Он был настоящим вожаком. По возможности старались посещать матчи друг друга. Хотя выходило не всегда — у каждого свой график.

— Для Якимовича Испания стала родным домом. Почему вы вернулись?
— Насколько мне известно, Мишин бизнес также “завязан” на двух странах — работает и в Испании, и в Беларуси. Жизнь складывается так, что приходится делать выбор: оставаться или возвращаться. Я приехал на родину.

— И никогда не пожалели об этом?
— Нет. Дело в том, что в Испании не видел условий для карьерного роста. Там очень тяжело добиться тренерского признания. Во-первых, под местные критерии не подходил мой диплом — предстояло учиться заново. Во-вторых, не имел я знакомых, которые держали бы команду и могли ее мне доверить. Там своих тренеров немерено. А заниматься чем-то другим — не по мне. Хотя на детском и любительском уровнях несколько лет тренировал. Один сезон даже две команды одновременно. Одна — молодежная, куда мой сын ходил в школу, другая — постарше. Обе неплохо играли. Юношеский футбол там отличается от нашего. Ребят не надо учить останавливать мяч, делать передачу, открываться, обыгрывать один в один, бить по воротам. Все отлажено на детском уровне. Что-то подсказать в тактическом плане — да, а в технической оснащенности они развиты хорошо.

— Считается, что настоящий тренер должен пройти все стадии — от детского футбола до взрослого. Согласны?
— Как кому повезет. В том, что касается профессионализма, соглашусь: действительно неплохо пройти все этапы. Но бывают разные ситуации. Не думаю, что Круифф занимался с детьми. Взял “Аякс” и сделал его фаворитом, принял “Барселону” — четырежды вывел в чемпионы. Замечу, без тренерской лицензии. Просто он гениальный тренер.

— Сейчас кто из коллег вам интересен?
— Не беру команды-гранды, там для меня более или менее картина ясная: мощный состав, главное для тренера — не навредить. Импонирует, как работает Марсело Бьелса с “Атлетиком” из Бильбао. Может, не всегда добивается высоких результатов, зато по зрелищности, физической готовности футболистов, агрессивности его команда многим даст фору. Заманчиво заглянуть в его творческую лабораторию.

— Чемпионат мира 1990 года — пик вашей игровой карьеры?
— Думаю, да.

— Тогда базовым клубом сборной СССР считалось киевское “Динамо”. Сложно ли было интегрироваться в команду Лобановского, ведь его видение футбола отличалось от малофеевского?
— Мне кажется, видение футбола — это что-то надуманное. Футбол простая игра: нужно забить хотя бы на гол больше, чем соперник. И в стремлении к результату каждый тренер идет своей дорогой. Один делает акцент на “физику”, другой на технику. Если я грамотный игрок, то должен туда интегрироваться. Действительно, у Валерия Васильевича нагрузки были огромные. Приходилось терпеть. Не ныл, знал, что это не поможет. Если хочешь играть рядом с Блохиным, Демьяненко, Заваровым — иного пути нет.

— А были нытики?
— Они есть в любой команде. Люди разные по характеру. Кто-то терпит, сопит, кто-то ноет.

— Удивились, что Лобановский пригласил в сборную?
— Конечно. Не буду рассказывать, какими качествами я обладал, а какими нет. Если ты не Роналду или Месси, когда тебя берут в сборную в качестве лидера, то неожиданность, естественно, присутствует. Многомиллионная страна, столько игроков можно найти на эту позицию, а приглашают тебя. Сборная СССР — это совсем не то, что сборная Беларуси нынче.

— Не слишком ли вы самокритичны? Одно то, что Зыгмантовичу на чемпионате мира доверили опекать самого Марадону, говорит о многом.
— Тем не менее как профессионал могу констатировать, что сверхъестественными качествами я не обладал. Это правда.

— Значит, Лобановский в вас что-то большее рассмотрел, чем вы сами…
(Смеется.) Возможно.

— Главный успех советской сборной той поры — серебро чемпионата Европы-88. Почему он обошел вас стороной?
— Не повезло. Перед сборами в преддверии чемпионата получил травму на тренировке “Динамо”. Лечение затянулось, о сборной на время пришлось забыть.

— Обидно?
— Дела давно минувших дней. Хотя сыграть в Германии страстно хотелось. Тем более что сборная демонстрировала прекрасный футбол, только в финале уступила голландцам.

— На закате карьеры вы поиграли и за сборную суверенной Беларуси. Чувства были иными?
— Эти сборные — несравнимые величины. Но все равно гордость, что представляешь страну, всегда присутствовала. На мне же, как на капитане, лежала еще и большая ответственность.

— К сожалению, высоких результатов показать не удалось. Почему?
— У нас всего три-четыре человека играли в солидных клубах. Остальные дома, а после развала СССР уровень национального футбола резко пошел на убыль. Не в обиду будет сказано, но многие ребята годились для подыгрыша. Их ведь не сравнишь с Прокопенко или Курнениным. У нас и сегодня в чемпионате левой ногой так никто не может вырезать мяч с фланга, как покойный Юра, не играет с такой самоотверженностью. Что поделать… Тогда сборная была ниже среднего европейского уровня.

— А сейчас?
— Провокационный вопрос, учитывая мой нынешний статус. Скажем так: мы стараемся прогрессировать.

— Похоже, пробиться в высший футбольный свет шансов совсем мало?
— Нужно реально смотреть на вещи. При определенных обстоятельствах, супермотивации можем зацепиться за что-то. Но если будем постоянно пессимистически твердить, что у нас нет сборной, естественно, никогда никуда не попадем. Олимпийская сборная доказала обратное, пробившись на Олимпиаду. Мы не располагаем россыпью талантливых футболистов, чтобы с уверенностью говорить, что обязательно выйдем на топ-турнир. У игроков в сборной должна быть запредельная мотивация, отдаваться на 120 процентов. Но достучаться до молодых тяжело. Сейчас другие интересы. Прежде сборная у нас была чем-то святым, чуть опоздал — выгоняли не задумываясь. Сейчас другое отношение. Я не имею в виду конкретно нашу сборную — в мире все изменилось. Воспитание дается тяжело. Когда человек обеспечен, получает в клубе сумасшедшие деньги, то ему, может, даже удобнее не приезжать в сборную. Раньше отправлялись играть на чемпионат мира за сто долларов. Предложи подобное, скажем, Денисову или Кержакову, — не поймут, о чем речь. Молодежь лишилась идеалов, не знает, к чему стремиться. И ведет себя соответствующим образом. Залез в интернет, где полно разной гадости, желтизны, послушал музыку, поел-попил — и день прошел. А тренеру сборной надо воспитывать людей, мотивировать, ведь от него требуют результат. А как? Чтобы хорошо играть в футбол, нужно проникнуться к нему сердцем.

— С Кондратьевым легко работается?
— Мне комфортно. Два с половиной года я трудился в Сибири, поэтому не всех футболистов знаю хорошо. Смотрю много матчей белорусского чемпионата. Для меня важно увидеть игрока в разных ситуациях, что он может, какова его психология. Потом обсуждаем с Кондратьевым, дискутируем. Последнее решение, естественно, остается за главным тренером.

— Штанге в свое время обнародовал “список 45”. А сколько реальных кандидатов в сборную видите вы с Георгием Петровичем?
— Мы не склонны сужать рамки. Отгородиться, мол, видим только двадцать потенциальных игроков сборной, а остальных вычеркнуть? Нет. У каждого должна быть мотивация, пусть знают, что за ними пристально следят. Тем более что Петрович более демократичный в этом плане, дает шанс молодым зацепиться за сборную.

На этом поставим точку, хотя вынужденно пришлось отсечь много интересного из рассказа Андрея Викентьевича. О добровольной сибирской “ссылке”, сотрудничестве с неординарным хозяином “Каунаса” Владимиром Романовым, несчастливом тренерском опыте в минском “Динамо”, шансах Брессана закрепиться в “Алании” и многом другом. Не беда. Впереди не одно интервью для “ПБ”. Ведь 50 лет — это немного. Поздравляем!



Комментарии (0)