2016-02-04 22:13:43
Прочее

Профессия — агент. Валериюс Мижигурскис: Брессану не дают играть

Профессия — агент. Валериюс Мижигурскис: Брессану не дают игратьФутбольный агент Валериюс МИЖИГУРСКИС живет в Вильнюсе, но работает в Беларуси. Работает достаточно для того, чтобы считаться одним из самых влиятельных в своем эксклюзивном амплуа.


Среди его клиентов — Ренан Брессан, Антон Путило, Артем Радьков, Максим Бордачев, Александр Павлов, Евгений Яблонский, Юрий Кендыш... На неделе мы пообщались с 32-летним литовцем о делах насущных и не очень — из чего вызрело интервью, на которое читателю не жаль будет потратить время.


— Среди стран, с которыми имеете дело, Беларусь на каком месте?
— У меня пять-шесть белорусских футболистов. Не могу сказать, какое это место — первое, второе или третье, я ко всем своим игрокам отношусь одинаково. Мне другое приятно. Сколько работаю, только убеждаюсь, что белорусы адекватные, честные люди. С вашими спортсменами не возникает даже маломальских проблем. Порядочные, ответственные. Это и руководителей касается. Тот же Капский — нормальный мужик. Да, может иногда на эмоциях наговорить, но у нас во взаимоотношениях все хорошо.

— Как вы вышли на белорусский футбольный рынок?
— Через дружбу с Артемом Радьковым. Познакомились, когда он в “Химках” играл. Начали общаться. Приехал как-то к нему в гости, скажем так, осмотрелся по сторонам... Вообще, Беларусь мне не чужая страна. Мой отец двадцать лет работал главным тренером сборной Литвы по боксу. Был в отличных отношениях с Яновским, Тихомоловым, который сейчас вашу федерацию возглавляет. Они к нам в гости часто приезжали, мы — к ним.

— Скажите честно: у Радькова много шансов вернуться в футбол?
— Как я понял, он сам не сильно хочет возвращаться. Два года не играть и не тренироваться — и потом впрягаться, пахать в двухразовом режиме на сборах... Это тяжело и психологически, и физически. Почти невозможно. Я знаю, что это такое. Сам рано закончил карьеру — в 2011 году. Через пару сезонов вдруг возникло желание еще поиграть. Решил пройти сборы. Так и не смог себя заставить. Организм просто не слушался. Нереально после такой паузы выйти на приличный уровень. С Артемом каждый день общаемся. Чувствую: в большом футболе в качестве игрока он себя уже не видит. Реально смотрит на ситуацию.

— Как его колено?
— Есть проблемы. Я не доктор, но понимаю так, что организм не вырабатывает нужное количество какой-то жидкости. Из-за этого колено все время воспаляется. Несколько месяцев назад сделали очередную операцию. Все прошло нормально. В обычной жизни проблем не будет. А вот с футболом гораздо сложнее.

— Легко сегодня устроить белорусского футболиста за границей?
— Не то чтобы сильно легко, но все возможно. Есть страны, где на белорусов имеется спрос. Раньше это была Россия, сейчас акценты сместились в сторону Турции. Там уже трудоустроены несколько ваших ребят. В будущем, думаю, их станет еще больше.

— Речь о Брессане?
— Смотрите, какая ситуация по Брессану. Этой зимой один турецкий клуб суперлиги со стабильным финансированием желал видеть Ренана у себя. Я десять дней разговаривал со спортивным директором “Риу Аве” Мигелом — согласия не нашли. Португальцы хотели выручить за своего игрока больше. Дальше. Летом у Брессана заканчивается контракт. Это имеют в виду уже два турецких клуба, заинтересованных в услугах бразильца. Ждем от них конкретных предложений. Если устроит, Ренан его примет. А пока он остается в Португалии.

— Сейчас им интересовался “Генчлербирлиги”?
— Ну да. Однако не получилось. А Брессану в “Риу Аве” не дают играть. В принципе это распространенное явление в футболе. Если игрок не хочет продлевать контракт, а его срок скоро истекает, клуб идет на такие меры. Получается, футболиста лишают шанса перейти в сильный чемпионат, на более выгодные финансовые условия. Это некрасиво со стороны португальцев. Тем более предложение “Генчлербирлиги” по отступным, на мой взгляд, было вполне достойным.

— Так что, до лета Брессан пробудет в “Риу” бедным родственником?
— Надеюсь, его вернут в состав. Я не президент клуба и не главный тренер. Но знаю, что “Риу Аве” очень хочет попасть в Лигу Европы. И при такой задаче отказывать в практике игроку, который приносит много пользы... Мне кажется, через пару недель все успокоится и Ренан снова будет в игре. Пока, можно сказать, стороны проверяют, у кого крепче характер.

— В белорусском футболе становится меньше денег, футболисты стремятся за границу. Для агента это хорошо?
— Как здесь правильно сказать... Важно, у кого какие цели. Но вообще это плохо, что денег становится меньше. По очень простой причине. В белорусском чемпионате у БАТЭ ослабнет конкуренция, и борисовчанам станет труднее проявить себя в Лиге чемпионов. Логика элементарная. Если на внутренней арене количество сложных, требующих полной самоотдачи матчей уменьшится, БАТЭ может утратить концентрацию. Ему будет сложнее собраться на еврокубковую квалификацию. Физически и морально. А мне очень хочется, чтобы Борисов снова прошел в группу. И как человеку хочется, и как агенту. Крайне важно, чтобы команда и дальше достойно представляла страну на таком уровне. Только в этом случае ее футболисты будут интересны в Европе. Так что высокая конкуренция в национальном чемпионате должна быть.

— Переход Павлова из Казахстана в Солигорск — единственная ваша “белорусская” сделка этой зимой?
— Я в этой истории не сильно участвовал. Зачем мне было помогать, если Сашу и так все в Беларуси знают? Мы просто с ним постоянно на связи. Кстати, в понедельник мне звонили из Казахстана. Из одной команды премьер-лиги, спрашивали про Павлова. Я набрал Сане, все рассказал. Он говорит: я уже дал слово “Шахтеру”, некрасиво будет, если пойду в отказ. “Правильно поступаешь”, — ответил я ему. Раз пообещал заключить контракт — нужно выполнять. Это дороже денег. Хотя в деньгах Павлов потерял — больше чем в два раза.

— Как дела у Путило?
— Неплохо. Тренируется, играет. Оптимальную форму еще не набрал. Реабилитацию прошел, но в спине еще покалывает. Врачи говорят, что на этом этапе так и должно быть. Надеюсь, дальше дела Антона пойдут еще лучше.

— Газиантеп — это недалеко от границы с Сирией. Чувствуется?
— Дважды был — все абсолютно спокойно. Газиантеп — хороший город. Там у меня два футболиста — Путило и Карчемарскас. Каждый живет в шикарных апартаментах. Такой большой закрытый жилой комплекс, бассейны, рестораны. Все нормально, все красиво. Даже выходить никуда не надо. Разве что в магазин спуститься. Тем более Антон — домосед. На тренировки ребята добираются на автомобилях. Нет, на самом деле все замечательно, нечего переживать.

— В судьбе Бордачева возможны изменения?
— Сегодня — нет. Понимаете, в России важен курс рубля. У Макса в Томске не просто контракт — зарплата привязана к доллару. Немногие даже в премьер-лиге могут этим похвастаться. И ничего страшного, что “Томь” играет в ФНЛ. По всем прочим параметрам — инфраструктура, финансы — это клуб элитного дивизиона. Он и вернется в премьер-лигу. Еще месяц команда потренируется, потом еще чуть-чуть помучаться в чемпионате — и путевка будет в кармане. И зачем Бордачеву куда-то срываться? Он отлично себя чувствует, его в Томске любят.

— Еще один ваш парень — Яблонский. Он не слабее Корзуна, который перешел в киевское “Динамо”?
— Точно не слабее. Вдобавок Женя играет в группе Лиги чемпионов. Его и Корзуна можно по разным параметрам сравнивать, но главное в другом. Яблонскому еще есть куда расти и в БАТЭ. Он молодой, прогрессирует, нужно подождать.

— Володько-младшему тоже еще надо подрасти?
— Да. Нужно играть в Борисове, прибавлять, стать не только основным футболистом, но и лидером. Тогда только можно уехать.

— Литовский футбольный рынок — перспективное для вас направление?
— Скажу честно, в прошлом году на матчах чемпионата Литвы был два-три раза. У нас, по большому счету, всего один серьезный клуб — “Жальгирис”. “Тракай”, “Судува” и “Атлантас” — еще более или менее. Остальные все ближе к любительству. Кстати, “Жальгирису” в Лиге чемпионов все время не везет с жеребьевкой. Команда несеяная — постоянно попадаются сильные соперники. Поражение и вылет. Нужно как-то пробить этот лед. И дальше, думаю, все пойдет нормально. Подбор игроков в клубе приличный.

— В “Жальгирис” из “Шахтера” перешел Миколюнас. Как сказал Вергейчик, ему там дали в три раза больше, чем в Солигорске.
— Саулюса знаю с детства. В футбольной школе вместе занимались. А “Жальгирис” и правда может себе позволить серьезный контракт.

— Кендыш из Вильнюса не собирается уходить?
— Ему тяжело пойти на повышение. По двум причинам. Во-первых, “Жальгирис” не может продвинуться в Лиге чемпионов, во-вторых, Юра не вызывается в сборную. Если бы хоть один из этих факторов работал, Кендыш сто процентов играл бы в приличном европейском чемпионате. А к первенству Литвы, как вы понимаете, за границей отношение скептическое. Нормально засветиться там нереально.

— Свою футбольную карьеру считаете удавшейся?
— Нет, конечно. Я ее фактически закончил в 22 года. Не достиг определенных целей, и стало неинтересно. Дальше уже дурака валял.

— Да уж — из клуба в клуб переходили 15 раз. Тогда и задумались, что агентский хлеб может быть с маслом?
— Я не осознавал своих ошибок, вот в чем проблема. Главную допустил в 20 лет, когда ушел из московского “Спартака”. На эмоциях ушел — хотел что-то кому-то доказать. Теперь понимаю: надо было остаться и доказывать именно в “Спартаке”.

— В московский клуб вы попали в 19.
— Всегда болел за две команды — “Жальгирис” и “Спартак”. Когда пригласили в Москву, обрадовался. Но не получилось. Нужно было пахать, пробиваться. А я хотел всего и сразу. Чтобы ко мне лучше относились, чем к другим. Такого в футболе не бывает. Не нашлось рядом человека, который это объяснил бы, подсказал, направил. А я молодой был, глупый.

— В “Спартаке” в ваше время были белорусы?
— Когда я уже уходил, появился Концевой. По-моему, мы только на одной тренировке пересеклись. Ромащенко тогда травму лечил, его тоже помню не очень. Зато по-дружески общался с Барановым. С ним и Погребняком больше всего времени проводил. С Пашкой вообще со школы знакомы, вместе дурачились, лазили везде.

— Василий Баранов — самая загадочная душа белорусского футбола...
— Вася — это приколы, сплошной позитив. Мог шутить 24 часа в сутки. А я тоже такой. На этой волне и сошлись. Хотя понятно: я молодой, он опытный. Мы не гуляли с Барановым, нигде не лазили. Веселились в футбольной обстановке — в раздевалках, в самолетах.

— Сколько клубных номеров в вашей телефонной книжке?
— Ой, много. Очень. Больше тысячи — точно. Чего-чего, а этого добра хватает. Как вы понимаете, контакты важны в моей работе.

— С Капским давно общались?
— В конце прошлого года в Риме. Я был на игре БАТЭ с “Ромой”.

— Среди футболистов минского “Динамо” есть ваши клиенты?
— Нет. Как-то сложилось, что работаю с игроками БАТЭ. Естественно, знаю, что в “Динамо” тоже много перспективных футболистов. Но как есть, так есть. Получается, что общаюсь только с бывшими динамовцами: Антоном Путило и Стасом Драгуном.

— Драгун перешел в московское “Динамо”.
— Ситуация была такая. Стасу сделали предложение два клуба — “Динамо” и “Газиантепспор”. Он выбирал — и остановился на московском варианте. Мне кажется, это правильное решение.

— Почему?
— Если сравнивать два чемпионата — по уровню, инфраструктуре, медиа, климатическим условиям, — Турция будет поинтереснее России. Но если брать два клуба, “Динамо” и “Газиантепспор”, то московский выигрышнее однозначно. Это имя, традиции, финансовая стабильность. Плюс Москва недалеко от Минска. И бренд “Динамо” для Стаса не пустой звук. Он будто вернулся домой.

— Белорусский агент Валерий Исаев любит эпатировать публику в “твиттере”. Это история не про вас?
— У меня есть аккаунт в “твиттере”. Но уже несколько лет туда не захожу. Есть “фейсбук”, но это для друзей. Пообщаться, поприкалываться. Мне часто пишут в соцсетях с предложениями по игрокам. Не отвечаю принципиально. Есть телефон, электронная почта — пожалуйста. “Фейсбук”, “инстаграм” — это личное пространство.

— С кем из белорусских агентов вы на короткой ноге?
— Знаком со многими, почти со всеми. Это Валера Русецкий, Женя Гайдук. С Сашей Осиповичем вместе за “Жальгирис” играли. Я не считаю их конкурентами. Мы с уважением относимся друг к другу, у нас нормальные рабочие отношения. Не то что палки в колеса не вставляем — стараемся помогать один другому.

— Футболистам, которые вот-вот закончат, рекомендуете идти в агенты?
— Если к этому тянет — почему нет? Важно иметь желание. Чувствовать, что вот оно — твое призвание. Вот Эдгарас Янкаускас, например. Много где играл — столько связей, что запросто смог бы стать успешным агентом. Не хочет. У него душа лежит к тренерской работе. Шембераса берем. Он, наоборот, себя тренером не видит — тяготеет к руководящей деятельности. В декабре стал президентом “А-лиги” — сильнейшего дивизиона чемпионата Литвы. Все от человека зависит: каждый выбирает то, что ему нравится. Меня к агентской работе еще в молодости потянуло. Знаете, когда я оформил свою первую сделку? В 2002-м году — мне 19 лет было. Попал на одну футбольную тусовку. Там был директор московского “Динамо”. Слово за слово — отрекомендовал ему Жидрунаса Карчемарскаса. У меня длинный язык, получилось убедительно. В итоге устроил 18-летнему парню хороший контракт в Москве. Денег на том, естественно, не заработал, но, наверное, уже тогда что-то понял про себя. А потом пошло-поехало. Юридическое образование, связи, контакты. Так и живу.



Комментарии (0)