2012-05-18 09:25:50
Дайджест

Василиса Марзалюк: мне кажется, какой–то извращенец придумал, чтобы девушки выходили на ковер

Василиса Марзалюк: мне кажется, какой–то извращенец придумал, чтобы девушки выходили на коверСперва я подумал, что это манерность, а потом понял — шарм. Василиса Марзалюк явилась мне жгучей брюнеткой, с горящими, как у кошки, зелеными глазами и в изумрудного цвета платье почти до пят. Отвечая на вопросы, она забавно растягивала слова, и если закрыть глаза, могло сложиться полное ощущение, что разговариваешь с Ренатой Литвиновой. В жизни никогда не скажешь, что она наша главная олимпийская надежда в женской борьбе и что может скрутить в бараний рог любого среднестатистического мужика. На сентябрьском чемпионате мира в Стамбуле Василиса лихо расправлялась со своими соперницами и добралась до третьего места. Эта «бронза» не только стала первой нашей наградой мировых форумов после долгого перерыва, но и позволила Марзалюк досрочно завоевать путевку в Лондон. И сегодня она смотрит в сторону Ла–Манша с нескрываемыми амбициями.

Папа думал, что мое увлечение борьбой — это так, баловство. А когда понял, что дело это для меня серьезное, даже турник дома повесил. Хотя я ОФП не люблю. До сих пор только 10 раз подтягиваюсь. С рывками, по–другому не умею. А вот кросс — это мое.

Каким характером должна обладать девушка, чтобы пойти в борьбу?
Волевым, наверное. В основном к нам девочки идут с хулиганским характером, но бывают и такие счастливые исключения, как я. Мне понравился тренер, девчонки, потому и осталась. Потом влюбилась в борьбу. И со временем тоже стала хулиганкой.

Борьба — это женский спорт?
Я вообще не представляю, кто придумал, чтобы девушки выходили на ковер. Мне кажется, какой–то извращенец. Правда. Хотя, наверное, борьба более женский спорт, чем штанга, например, или бокс. Но какой смысл в этих рассуждениях, если мне она просто нравится?

В жизни борьба тебе помогала?
Да, с братом драться. Мне было 20 лет, ему — 16, и он хоккеист. Шустрый парень, меня к себе не подпускал, клюшкой фехтовал, чтобы я его в узел не связала.


Сходя с ковра, внешне девчата очень меняются. Будто в сказке о царевне–лягушке после поцелуя царевича. Там они потные, с затянутыми в жгуты волосами, в ссадинах, в этом нелепом борцовском трико, да еще пыхтят друг над дружкой, силясь провести приемы. А выйдут в свет — высокие, стройные, подтянутые!

Ты на ковре и в жизни — это две разные Василисы?
Я человек настроения. Но недавно, когда вступала в общество «Динамо», проходила психологическое тестирование. Психолог мне сказал: «Понятно, что вам тяжело: невозможно быть в жизни одним, а на ковре другим». А я стала за собой замечать, что у меня не получается быть в жизни другой. Иногда хочется быть добрее, эмоции придержать, а не могу. И эта моя внутренняя агрессия мне очень помогает. Если с ней правильно справиться, конечно.


При этом Василиса уточняет, что ковер есть ковер и на нем не до сантиментов. «В жизни мы можем дружить, а на соревнованиях колошматим друг дружку безжалостно. Ничего личного — это спорт».

Но ведь борьба — это еще и травмы.
Меня они, тьфу–тьфу–тьфу, обошли стороной. Но я как натура впечатлительная до сих пор помню один случай в Германии. Боролись две девчушки, молоденькие совсем, худенькие, вроде и красивые даже — кто их в борьбу отправил, не знаю. Вдруг крик. Поворачиваюсь — девочка лежит, а рука у нее в локте в обратную сторону сложена. Жуть. Вообще, о травмах страшно говорить, давайте лучше о чем–нибудь другом.

А лицо ты как бережешь? — этот вопрос меня давно интересовал. Борцы — ребята суровые, жесткие, поломанные уши для них — как визитная карточка, недаром есть такое понятие, как «братство поломанных ушей». А девушки что же? У борцов ведь после схватки вид бывает не лучше, чем у боксеров–профессионалов после 12 раундов открытого боя.
У меня вот тут, смотрите, даже шишка есть, — Василиса трет себе лобную кость и смотрит на меня, ища сочувствия. — Постоянно с соперницами трешься лбами, и вот натерла, представляете. Меня тренер даже напугал, говорит, что у него такая же была и прошла только через 20 лет.

А уши?
Поломанные уши — не очень красиво, конечно. У меня одно поломано. Не сильно, но все равно заметно. Мы их прячем за волосами.


Поезжайте в Киев и спросите, как подготовить чемпионку по борьбе. И вам ответят. Потому что сборная Украины сегодня одна из сильнейших в мире. На последнем чемпионате Европы из семи финалов во всех были представительницы Украины. А в Беларуси у Марзалюк в тяжелом весе конкуренток нет вообще, тренироваться не с кем. И это проблема. Поэтому и проводит она большую часть времени то в России, то в Киеве. Совсем недавно в очередной раз вернулась с базы в Конча–Заспе, широко известной благодаря киевскому «Динамо».

Андрея Шевченко видела?
Шевченко? Это писатель?


Футболом и футболистами она не интересуется. Дыхания чемпионата Европы, который в июне стартует на полях Украины и Польши, тоже не ощутила: «Дороги сделали более или менее нормальными. А так какой была Украина, такой и осталась». Ей больше по душе хоккей — «спорт для настоящих мужчин» и волейбол. С Кириллом Красневским, волейболистом минского «Строителя», они вместе уже год.

И? — спрашиваю.
В планах пока только Олимпиада. Загадывать я не люблю.


Жизнь — штука непредсказуемая, и Василиса об этом знает не понаслышке. В 2006–м она уже была на вершине, победив на молодежном чемпионате мира, а спустя всего год с вершины этой ее низвергли, обнаружив в организме следы фуросемида — диуретика, который девушки обычно принимают, чтобы похудеть. В борьбе он относится к числу запрещенных, и Василиса Марзалюк получила два года дисквалификации.

Сама виновата. Расстроилась, конечно, но сейчас философски к этому отношусь. Многие из тех, с кем я в то время была в сборной, уже давно с борьбой завязали — травмы. А меня, получается, Боженька уберег, спас. Наверное, ангел–хранитель мой решил, что эти два года лучше провести в тиши, спрятал меня.

И чем ты занималась?
Гуляла, отдыхала, ходила в клубы. Жила полной жизнью обычной девушки. Зато клубы меня сейчас совершенно не интересуют, тусовки — это не моя жизнь.

Возвращаться было трудно?
Трудно. И в первую очередь психологически. Во время соревнований боялась ступить на ковер. Мне было очень страшно, никогда в жизни так страшно не было: я плакала, обливалась холодным потом.

На чемпионате мира прошлого года в Стамбуле, я так понимаю, страха уже не было?
Когда готов, какие могут быть страхи? А я была действительно очень хорошо готова. Могла бы и в финал попасть, но уверенности чуть не хватило. Сейчас стала понаглее и чувствую это. Мы уже два года работаем с моим личным тренером Виктором Николаевичем Гордейчиком, и только сейчас я стала делать те приемы, которые мы с ним все это время учим. У меня был страх, что не получится, а сейчас страха нет. Я раскрылась, и на февральском киевском турнире у меня получилось все, что я хотела. Сама от себя не ожидала, что могу так свободно и раскованно бороться, на таком кураже. Мечтаю сохранить это состояние и на Олимпиаде, получать от борьбы удовольствие. Главный тренер нашей сборной по греко–римской борьбе Геннадий Сапунов сказал: «Сильно вы уже к Олимпиаде не подготовитесь, что умеете, то и умеете. Главное, чтобы чувствовали свободу в себе. Не бывает закрепощенных олимпийских чемпионов». Я эту свободу внутри себя почувствовала.


Каждую олимпийскую соперницу они с тренерами будут разбирать по запчастям, по косточкам. Это огромный объем работы, но ничего не поделаешь. Василиса лишь беспокоится, что времени мало осталось, не знает, как успеть.

Спорт — такая вещь, вот ты на пьедестале, а сошел — и сразу начинай работать заново. Когда я по молодежи первая стала, обрадовалась, подбежала к Сергею Смалю, обнялись, а он говорит: «Василиса, 5 минут радости...» Так и получилось. Для кого–то и участие в Олимпиаде — уже победа, а я максималист. И борьбой занимаюсь не ради денег — это точно. Борьба — мое любимое дело, вот и все.

Кто для тебя главный авторитет в борьбе?
Александр Васильевич Медведь в первую очередь. И Бувайсар Сайтиев. Он для меня идеал. Увы, наверное, недостижимый. А среди женщин очень нравится, как борется россиянка Наталья Воробьева.


На «гражданскую» жизнь у Василисы времени почти не остается. Парикмахерская, маникюр, шоппинг... «Друзьям и родным времени не хватает уделить, а о красоте вообще говорить нечего», — смеется Марзалюк. Раньше еще и учеба была, она окончила университет физической культуры, хотя всегда хотела поступить и на журфак.

В ее сумочке Виктор Гюго, «Отверженные». Из последнего прочитанного она называет Джонатана Сафрана Фоера, говорит, что в полном восторге от его «Жутко громко & запредельно близко»: «Очень юморная книга». Ей нравятся сладкие коктейли и свежевыжатый морковный сок: «Если холодно, то со сливками». В плейере — блюз, джаз и Вивальди, а дома — кошка.

Была собака, далматинец, но я с ней не справилась и отправила к дяде в деревню. А кошку мне подарила подружка. Назвала Мия.

Кто у вас в команде самый веселый?
Тренеры. Мой личный и главный — Олег Райхлин. Очень много анекдотов знают.

А правда, что у твоей подруги и еще одной нашей участницы Олимпийских игр Ванессы Колодинской прозвище Питбуль?
Сейчас ее так никто не называет.

Чревато?
Сейчас называют: колючая, елка. Кактусом могут назвать. Но нечасто, она злится.

А тебя в команде как зовут?
Я Василек.


Какое белорусское имя...

Автор публикации: Сергей КАНАШИЦ



Комментарии (1)

Кувалда Шульц 18 Май 2012 10:15
Да, всё же после "Прессбола" Сергей сдал, как журналист. Видимо влияние Павла Изотовича сказывается, каким-то мягким стал Сергей. "Благонадёжным и выверенным". СБ, одним словом.