2013-01-03 21:55:37
Волейбол

Свой среди чужих. Александр Бутько: русских нигде не любят

Свой среди чужих. Александр Бутько: русских нигде не любятГродно давно снискал славу нашей волейбольной кузницы кадров. Причем некоторые из них покоряют вершины под чужим флагом. Святослав Миклашевич принял гражданство Казахстана — и поехал на чемпионат мира. Олег Ахрем получил польский паспорт — и стал победителем плюслиги. Александр БУТЬКО оформил российское подданство — и выиграл Олимпиаду.



Случилось сие знаменательное событие прошлым летом. Финал Игр против бразильцев вышел эпическим, на все времена — 3:2 после 0:2 по партиям. С 26-летним капитаном новосибирского “Локомотива” мы вспоминаем подробности того триумфа. Конечно же, обсуждаем его давнюю смену гражданства. И касаемся еще многих занятных тем.
Времени на это — час. Условленная встреча — накануне гостевого декабрьского матча его “Локо” с солигорским “Шахтером”. Небо над Могилевом оплакивает прощание с осенью. Но под крышей гостиницы “Губернская”, где несколько лет назад обитали футболисты испанского “Вильярреала”, уютно и тепло.
ИЗ ДОСЬЕ “ПБ”
Александр БУТЬКО. Родился 18.03.86 в Гродно. Пасующий. Рост — 199 см. Воспитанник гродненской СДЮШОР имени Александра Сапеги. Женат.
Игровая карьера. Гродненский “Коммунальник” (2001-2003), московские “Динамо” (2003-04) и “Луч” (2004-06), новосибирский “Локомотив” (2006-07, с 2009-го), одинцовская “Искра” (2007-09). Игрок сборных Беларуси (2002-04) и России (с 2009-го).
Достижения. Олимпийский чемпион (2012). Победитель Кубка мира (2011) и Мировой лиги (2011). Бронзовый призер Лиги чемпионов (2009). Двукратный чемпион Беларуси (2001, 2002). Трехкратный серебряный призер чемпионата России (2004, 2007, 2008). Двукратный обладатель Кубка России (2010, 2011). Финалист (2008, 2009) и бронзовый призер (2007) Кубка России.
Лучший пасующий “финала четырех” Лиги чемпионов (2009). Лучший пасующий “финала четырех” Кубка России (2010). Лучший пасующий чемпионата Беларуси (2003). Участник “матча звезд” суперлиги (2010-12). Заслуженный мастер спорта России (2012). Кавалер ордена Дружбы (2012).

Движение на Запад

— Александр, давненько вы на родине не бывали?
— Полтора года — с весны 2011-го. Тогда сразу по окончании чемпионата России и до начала подготовки к Мировой лиге у сборников выдалась свободная неделя. Хотел заехать домой и после Олимпиады, но не получилось — нужно было здоровьем заниматься. Обычно посещаю родной Гродно или Минск, где работает мама. Правда, длится это всего три-четыре дня — больше не удается. А вообще по родным и близким, конечно, очень скучаю. Долго вдали от них находиться нельзя.

— Сильно Беларусь изменилась визуально?
— Да, это замечаешь сразу. Мы ведь много путешествуем, поэтому есть с чем сравнивать. Так вот, с каждым годом Беларусь все больше похожа на Европу, чем на Россию, где немного иные и архитектура, и природа, да и люди — тоже.
Как мне кажется, страна становится все ближе к Западу. Это, естественно, не может не радовать. Ведь, чего скрывать, Европа лучше России — культурнее опять-таки. Просто когда государство очень большое территориально, его сложно удерживать под контролем. Это касается всего. Например, тех же автомобильных дорог. Когда мы приехали на игру с “Шахтером”, наши ребята увидели белорусские трассы и почесали затылки.

— Чем вам Беларусь не нравится?
— Я, наоборот, стараюсь связывать визиты домой с чем-то позитивным. Когда тебе тяжело, вспоминаешь детство — и сразу же становится легче. Так что покидаю Беларусь всегда с улыбкой.

— Насколько ваша связь с родиной крепка?
— По-прежнему общаюсь с давними друзьями, одноклассниками. Тем более что сейчас благодаря интернету это нетрудно. Мои успехи не остаются ими незамеченными. Это очень приятно. С мамой созваниваемся регулярно. Ей, безусловно, проще следить за моей игрой, чем мне — за ее работой.

— Ваш родной брат Артем и его жена Алина — тоже волейболисты. Как поживают они?
— Артем — игрок “Спортакадемии” из Стерлитамака. Это команда из высшей лиги “Б”. Ему сейчас, конечно, непросто. Думаю, все из-за того, что много лет назад брат помог мне стать основным пасующим гродненского “Коммунальника”. Хотя другим — и, пожалуй, основным — претендентом был он сам. Ведь Артем на четыре года старше, а мне было всего шестнадцать. Он — не искусственно, конечно — делал для этого все. Позже ему не удалось добиться того же, чего достиг я. Только сейчас, повзрослев, стал все это понимать и стараюсь оказывать брату всяческую помощь.
Его супруга выступала на хорошем уровне. Алина — бывшая нападающая хабаровского “Самородка”. Сейчас она готовится стать мамой. Поэтому Артему нужно зарабатывать деньги и для будущего ребенка.

Провидение Сапеги

— Чем запомнилось начало 2000-х, крепко связанное с гродненским “Коммунальником”?
— Нашим тренером был Владимир Саликов — наверное, сильнейший белорусский специалист того времени. Он как раз вернулся из Белгорода, где помогал Геннадию Шипулину. Владимир Иванович начал вовсю делиться с нами новыми идеями и премудростями тактики, позаимствованными у именитого наставника. Он просто рассказывал, что и как нужно делать на площадке. Надо понимать, что и сейчас уровни российского и белорусского волейбола несопоставимы. А десять лет назад между ними и вовсе была пропасть.
Впрочем, не только у Саликова, но и у нашего нападающего Святослава Миклашевича — ныне, кстати, игрока солигорского “Шахтера” — я многому научился. Тот состав “Коммунальника” был, пожалуй, сильнейшим за все времена: Виктор Бекша, Олег Ахрем, Миклашевич.

— Но вашу судьбу круто изменил не Саликов, а чуть раньше — Юрий Сапега?
— Это, можно сказать, воля случая. Ведь Сапега обратил на меня внимание, когда я еще не был игроком основы “Коммунальника”. Юрий Николаевич наверняка пообщался на эту тему с Саликовым. И тот начал выпускать меня на площадку, причем вскоре — постоянно.
Многие понимали, что рано или поздно уеду за границу. Но я был еще совсем юн, поэтому самостоятельных решений принимать не мог. То знакомство с Москвой, где подписал контракт с “Динамо”, оказалось очень ранним. Тогда, помню, боязно было просто покидать Гродно. Ну а вот так резко менять его на такой мегаполис, да еще за рубежом, — и подавно. Это сейчас уже десять лет прошло. А тогда время для меня было очень трудное и нервное. Ты посреди Москвы — без родственников, знакомых. Первую неделю вообще на стену лез. Даже боялся из квартиры выйти.

— Где вас заприметил Сапега?
— Он постоянно приезжал на ежегодные детско-юношеские турниры памяти его старшего брата Александра. И вот после одного из них зашел к нам домой. Сказал, что я очень перспективный игрок и мне, чтобы реализовать себя, лучше сменить амплуа нападающего на пасующего. Впрочем, думаю, это было сказано и моим тренерам. Потому что уже на следующей тренировке исполнял новые функции. Но это была инициатива наставников. Я ведь не скажу им: все, теперь я связующий.
А вообще у Сапеги, конечно же, было провидение. Не смени я амплуа, и нападающим сейчас наверняка был бы среднего уровня даже по меркам чемпионата Беларуси. Все-таки подходящих физических данных, какого-то невероятного прыжка у меня не было. Да, сообразительность была получше, чем у большинства наших игроков, включая и тех, кто постарше.
Только сейчас, десять лет спустя, я понемногу начинаю осваивать это амплуа. Все-таки не зря говорят, что опыт приходит с возрастом. А первые пять лет мои передачи были прямолинейными, что ли. Я был просто молодым перспективным игроком — таким, как многие. Иногда случайно пересматриваю свои матчи того времени и улыбаюсь.

Испытание Москвой

— К смене гражданства наш человек относится по-разному. И многие — негативно, если не сказать зло.
— У каждого свое отношение к этому, свое мнение, которое я уважаю. Многие люди, включая и моих друзей, уезжают за границу работать и меняют при этом гражданство. Просто они не на виду. А такой же поступок человека публичного волей-неволей становится предметом широкого обсуждения.
Опять-таки я ведь никому не сказал: давайте соберу вещи и уеду из Беларуси, мне здесь все надоело. Это сейчас у меня есть имя, достижения. А тогда, повторюсь, для меня это было настоящее испытание. Порой хотелось упаковать чемоданы и вернуться домой. К тому же необходимо было еще и доказывать, что эта смена гражданства состоялась не просто так. Огромная тяжелая работа.
Люди же за компьютером зачастую просто не понимают, какова она — жизнь профессионального спортсмена. Это похоже на армию. Ты подолгу не видишься с родными и близкими. Постоянные разъезды, физические нагрузки. Но если кому-то не понравилась смена мной гражданства — ради бога.

— Были на этой почве оскорбления?
— Вроде нет. Замечу, что к моменту подписания контракта с московским “Динамо” я был никто. Да, выиграли мы чемпионат Беларуси. Но даже по этим меркам было далеко до того же Олега Ахрема. Вот менять гражданство после, скажем, завоевания олимпийского золота — это, конечно, был бы нонсенс. И поэтому тогда ничего плохого мной услышано не было. Это уже потом про меня вспомнили. Причем к моему решению недоброжелательно отнеслись и белорусские волейболисты, с которыми ты здороваешься и общаешься.
Но не решись я на такой шаг, не знаю, достиг бы хоть половину того, что удалось. К тому же не думаю, будто страна, потеряв меня, враз обеднела на пасующих. Тогда мы были наравне с Артемом Горемыкиным, который и сейчас очень хороший связующий.

— Поддерживаете решение сменить гражданство упомянутых нами Ахрема, Миклашевича?
— Отношусь к этому нейтрально. Все-таки у каждого человека свои мотивы таких поступков. Ни у Олега, ни у Славы такими подробностями не интересовался. Скажу так: лишь бы это было хорошо для их семей. Каждый человек думает, как жить дальше, содержать близких, растить детей.
Не считаю, будто смена гражданства — преступление. При этом понимаю тех, кому небезразличен белорусский волейбол. Но, наверное, потери для сборной таких игроков можно было избежать. Для этого, видимо, делается не все. Поэтому люди будут покидать страну. Теперь, правда, это можно делать и без смены гражданства. Это раньше, лет десять назад, белорусский легионер никому не был нужен. А сейчас игроки начали активно пользоваться услугами агентов.

— Часть сборной России составляют натурализованные игроки. Кроме вас, это украинцы Тарас Хтей и Дмитрий Мусэрский. Огромная страна не может обойтись своими ресурсами?
— Сложно сказать. Думаю, игроков манит перспектива выступать на высоком уровне. Все-таки и Беларусь, и Украина на ту же Олимпиаду не попадали. Хотя наш волейбол сейчас развивается ударными темпами. И было бы мне сейчас 16 лет, страну, наверное, не покидал бы.

Два родных гимна

— С кем еще из игроков “Шахтера”, кроме Горемыкина и Миклашевича, вы знакомы?
— С либеро Ромой Аплевичем. Мы с ним с десяти лет друг друга знаем, детство вместе провели. С поляком Лукашем Каджевичем знаком, поскольку он — бывший игрок российских “Белогорья” и “Газ- пром-Югры”. Но на площадке ни с кем из них дружбы быть не может.

— Знаете, что сборная Беларуси недавно впервые вышла на чемпионат Европы?
— Безусловно. Думаю, она непременно начнет показывать хорошие результаты. И волейбол наш будет развиваться. Просто раньше этому мешала его изолированность от других стилей, нехватка влияния иных культур. Российский волейбол, например, постоянно обогащается опытом итальянских, сербских тренеров. Но и белорусский также мало-помалу становится сильнее. Сейчас — чемпионат Европы. Через пять лет — еще какой-нибудь турнир. Посмотрите: наши игроки — столь же физически мощные, как и россияне. Так что все это неизбежно. Если, конечно, никто больше не будет менять гражданство.
Очень хорошо, что сейчас “Шахтер”, как и прежде “Строитель”, — участник чемпионата России. Наши парни осваиваются на этом уровне, набираются опыта, понимают, к чему стремиться. Значит, и нашей сборной, которая формируется практически без легионеров, будет проще сражаться с сильными соперниками. Раньше-то, помню, когда против тебя такие на площадку выходили, руки сами опускались.

— Перед матчами суперлиги с участием “Шахтера” звучат два гимна — белорусский и российский. Какой из них для вас родной?
— Оба. Беларусь — моя родина. Я не разорвал с ней все контакты. Мне приятно слышать белорусский гимн. Ну а Россия — это страна, за которую я сражаюсь на международной арене и где добился немалых успехов. Я многим обязан ей — хотя бы своим становлением как игрока. Это родная мне страна, и гимн ее — не чужой.
Вообще, очень сложный вопрос. Знаете, Россия поделена на республики, у каждой из которых также есть свой гимн. И перед домашними матчами того же “Зенита-Казани” звучат оба — российский и Республики Татарстан. Для ее жителей и тот, и другой — родные. Пусть так будет и для меня.

— Каково это — быть игроком сборной России?
— Даже если ты выиграл Олимпиаду, это не значит, что тебя непременно позовут на следующий турнир. Поэтому каждый год нужно доказывать тренерам свою состоятельность. Если ты травмирован или твои кондиции неоптимальны, вызова на матчи сборной можно и не дождаться, поскольку на эту же позицию кандидатов очень много. И это, безусловно, радует. Значит, и молодежь к чему-то стремится.
Знаете, раньше сборная России постоянно была где-то рядом с выигрышем топ-турниров. И не сказать, чтобы все стремились получить вызов на ее матчи. Ведь ты тратишь на это свое время вместо законного отпуска. А сейчас — напротив. Пора наших фатальных неудач, считаю, позади. Хотя, безусловно, не избежать и их — по-другому не бывает.

Нас сделали героями

— Вы ведь приехали на Олимпиаду с травмой — разрывом мениска. Это был тот случай, когда здоровьем следует пренебречь?
— Мениск состоит из трех частей. У меня случился разрыв одной из них — заднего рога. Две остальные уцелели. Болезненные ощущения, конечно, присутствовали. Но играть можно было вполне. Порой даже обходился без обезболивающих. Конечно, мениск мог сегодня или завтра разорваться окончательно, и колено мне было бы уже не согнуть. Любой прыжок мог закончиться плачевно.
Операцию сделали сразу после Олимпиады — через два дня. Это было решено еще за несколько недель до Игр. На консультации с врачом решили: не поехать на такой турнир просто нельзя. Ему, кстати, благодарен за то, что не потребовал делать операцию немедля. Поэтому запланировали ее на 14 августа — возвращаться из Великобритании раньше никто, естественно, не собирался.
Вообще, половина игроков сборной России прибыла на Олимпиаду с травмами. Но это уже русские журналисты сделали из нас героев. Безусловно, они людям нужны. Однако по-настоящему трудно было, пожалуй, разве что Александру Волкову. Он с коленями мучился — и наши врачи делали все, чтобы облегчить его состояние. У остальных же все было терпимо. У меня, у Макса Михайлова с его голеностопами.

— Я-то думал, что Олимпиаду героически выиграла сборная больных и хромых. Кроме вас, и у Сергея Гранкина было повреждено колено, а капитан сборной Тарас Хтей толком не восстановился после операции…
— Думаю, все это нас и объединяло. Трудности толкали вперед. Мы были едины и сплоченны, как никогда. На Кубке мира-2011 это также очень отчетливо ощущалось. Мы ведь начали тот турнир ни шатко ни валко. Но затем стали его победителями. Просто рядом на площадке должен быть опытный человек, который всегда может помочь, подсказать. У нас это был Сергей Тетюхин. Был — поскольку после Олимпиады сборную покинул.

— Вы ведь перед тем Кубком мира — за год до Олимпиады — выиграли и Мировую лигу.
— Это такой турнир, выигрыш которого сильно зависит от везения и удачи. Потому что многие его участники занимаются наигрыванием состава и готовятся к более важным соревнованиям — чемпионату мира, той же Олимпиаде. Золото Мировой лиги выгодно прежде всего материально. Но для нас это было очень важно и по иным причинам. Ведь сборная России сделала это впервые за девять лет. Более того, с 2002 года она вообще не могла выиграть ни одного топ-турнира.
Именно после этого мы поняли, что не слабее тех же бразильцев. Просто все эти годы уступали им, по-моему, как раз из-за психологии. Вообще, сейчас очень сложно выигрывать каждый турнир один за другим. Вот и неудачный для нас чемпионат Европы-2011 сейчас, после Олимпиады, никто и не вспоминает. Кто знает, может, следующая Мировая лига обернется триумфом для болгар?

Лучший подарок жене

— Давайте перейдем к собственно Олимпиаде.
— Многие не вспоминают все наши матчи на Играх. Для большинства турнир ассоциируется с финальным поединком против бразильцев. Разумеется, это было заключение всего. Но к нему был проложен большой и трудный путь. На групповой стадии у нас случилась волевая победа над американцами — 3:2 после 0:2 по партиям. Да и взять полуфинал с болгарами. Я тогда смотрел на ребят — наших уже покидали силы, а соперники были раскованны. Еще чуть-чуть, и завершался бы матч на тай-брейке.
Ну и финальная встреча с бразильцами. Проиграй мы 0:3, к чему все и шло, было бы все равно приятно. Как-никак ты — серебряный призер Олимпиады. Но после завоевания золота понимаешь, что награда другого достоинства — это, конечно, совсем не то. Да, остальных призеров тоже чествуют. И добыть медаль на Олимпиаде — огромный труд. Но вскоре после триумфа мы поняли, какое отношение к чемпионам Игр и к другим призерам. Это видно и по поведению прессы, и простого народа, и к президенту на прием тебя приглашают.
Сейчас, спустя несколько месяцев, та радость поутихла. Я решающую встречу пытаюсь даже не вспоминать. К чему жить прошлым?

— 0:2 по партиям и ужасный ход третьей — 19:22. Успели подумать: ну вот и все?
— Лично я — нет. Как остальные ребята — не интересовался. Это был бы глупый вопрос после того, как нам вручили золотые медали. Просто со стороны было обидно на все это смотреть. На то, что мы проделали такой тяжелый путь, превозмогая боль, а финал долго оставался нашим избиением. Поражения ведь бывают разными. Но возможные 0:3… Обиды у меня было бы намного больше, чем радости. Ведь ту же бронзу ты выигрываешь, а серебро — это проигранное золото.
Конечно, нам улыбнулась Фортуна. Важно было воспользоваться этим, что мы и сделали. Ну и, само собой, то гениальное решение Владимира Алекно перевести блокирующего Диму Мусэрского на позицию диагонального. А всему этому положил начало Сергей Тетюхин, который никак не желал мириться с поражением. Это молодого игрока можно сломить морально, но уж точно не Сергея. На его подаче мы заложили фундамент той победы. Но тогда было так. А завтра удача может от тебя отвернуться.

— Припомните самое необычное, неожиданное поздравление?
— Поздравлений было очень много. Причем порой даже не понимал, от кого. Шумно очень было вокруг сразу после матча. А первой позвонила жена. Она — человек от волейбола, можно сказать, далекий. И поэтому такие матчи вызывают у нее просто детскую эйфорию. А здесь еще выигрыш Олимпиады. Вообще, у моей жены дар. Она постоянно угадывает наши результаты. Я из-за этого часто даже не спрашиваю у нее, как закончится матч. Так вот, перед финалом Олимпиады сказала: выиграете. Это, кстати, стало для нее лучшим подарком ко дню рождения, который был накануне.
Думаю, эта победа станет импульсом к развитию детского волейбола. Причем не только российского, но и белорусского. Все-таки для него это — самый близкий пример для подражания. Страны наши — разные, но народ-то — один.

Это остается навсегда

— Обычно осознание выигрыша столь крупных турниров появляется не сразу. У вас сколько времени на это ушло?
— Первая неделя после Игр была словно сон. Никто из ребят толком не понимал, что произошло. Случилось это позднее — через пару месяцев, наверное. Честно говоря, благодаря этому успеху многое стало проще. Словосочетание “олимпийский чемпион” работает на тебя. Легче и быстрее решать многие вопросы — например, бытовые. ГАИ, ЖЭК, ЖЭО — к ним на прием можно попасть без очереди.
Впрочем, хватает у русских людей и негативного к нам отношения. И деньги твои считают, и машину обсуждают. Но на площадке это далеко не главное. Самое важное — мне будет что рассказать детям. И они будут гордиться своим отцом, а не подаренной ему машиной или деньгами. Это — мелочи. А звания и достижения останутся со мной навсегда.

— Ваша жена — не волейболистка?
— Нет. Она — абсолютно противоположный мне человек. Очень счастлив, что супруга — не спортсменка. Потому что основная часть общения у меня — как раз с людьми спортивными. И жена знает, что со мной обсуждать эту тему нежелательно. Поэтому дома мне комфортно — я просто отдыхаю. Но вот мой брат, например, женат на волейболистке. Сердцу не прикажешь.

— Выходит, чете Обмочаевых вместе не ахти? Алексей — либеро мужской сборной России, Наталья — нападающая женской.
— Когда оба супруга спортсмены такого уровня, они постоянно на сборах и почти целый год друг друга не видят. Конечно, спортивная жизнь не так длинна. Но молодость-то проходит. И когда вы наконец-то будете постоянно вместе, вам стукнет уже по сорок лет. Хотя, естественно, большой спорт — это и приличный заработок, и хороший способ содержания семьи. Не только, скажем, жены, но и родителей.

— Открытый чемпионат России проходит по новой формуле — все его участники встречаются каждый с каждым. Она вам по нраву?
— При ней приходится много летать. Нам, наверное, больше всех. Ведь были поездки и на матчи Лиги чемпионов. Поэтому дома почти не бываем. Максимум — неделю, когда проводим у себя два подряд матча. И опять — турне на две-три недели.
Может, стоит разбить суперлигу на дивизионы, например, по географическому признаку, как КХЛ? Для игроков приятнее, когда матчей не так много. Тем более если ты — участник Лиги чемпионов. Для остальных же нынешний график игр не столь суровый — им еще игры подавай. Так что всем не угодить. Раньше вообще матчи были два дня подряд — их, значит, было вдвое больше, чем сейчас. И никто не жаловался.
Сегодня же настораживает, что каждый год федерация меняет схему проведения чемпионата. Или вот некоторое время назад перешли на новую систему подсчета очков. Почему мы постоянно должны брать пример, скажем, с Италии? Пускай лучше будет наоборот. Кто олимпийские чемпионы — итальянцы или россияне?
Думаю, сейчас федерация немного освоилась на международном уровне. Теперь, после такого успеха, можно на различных собраниях и совещаниях обсуждать и свои мнения. Раньше, насколько понимаю, их часто игнорировали. А теперь у нашей федерации есть уважение и авторитет.

Теплая Сибирь

— Ваш “Локомотив” назначен хозяином “финала четырех” Лиги чемпионов. Прошлой весной эта стадия так и осталась для вас недостижимой из-за гостевого поражения от турецкого “Аркаса” на последнем этапе плей-офф. Можно назвать его одним из ваших главных спортивных разочарований?
— Да. Мы были сильнее, и намного. Но это случай из тех, когда на результат влияют посторонние силы. Впрочем, даже на столь высоком уровне судейство бывает предвзятым. На Олимпиаде подобное, кстати, тоже случалось. Оказывается, это нормальное явление. Русских нигде не любят.
Помню, как после той игры с “Аркасом” наш блокирующий Райан Миллар — игрок сборной США и участник четырех Олимпиад — плакал от обиды. Это был просто кошмар. Впрочем, случившегося можно и нужно было избежать нам самим. Однако матч завершился поражением — 2:3 после 2:0 по партиям.

— Под стать судьям против вас были настроены и болельщики.
— Они что-то бросали на площадку, выбегали прямо на нее. Мы знали, что подобное может произойти. Турецкие, греческие фанаты — они такие. Могут и полгорода после игры разнести. Думаю, для нас это хороший опыт. Знаем, какой и где нас ждет зрительский прием.

— Вы завоевали два предыдущих Кубка России. Как бы это вам выиграть и чемпионат?
— Это какой-то злой рок. Мы не то что золото — просто медали заполучить не можем. Для начала нужно сделать хотя бы это. Кубок — это, конечно, хорошо. Но мы его уже выигрывали. За нами и репутация такая закрепилась. Парадоксально, но факт. Когда прижаты к стене, когда поражение недопустимо — играем лучше. Когда же это, к примеру, серия игр плей-офф — выходит наоборот. И так вот уже три года. Поэтому делаем все, чтобы эту традицию сломать.

— Многие отмечают, что сейчас вы сильны как никогда.
— Мы набрались опыта, летом сильно состав не меняли. Я вот после Олимпиады себя морально чувствую немного иначе. К тому же очень удачной стала покупка шведского диагонального Маркуса Нильссона. Это, можно сказать, моя основная ударная сила и оптимальная замена травмированному американцу Клейтону Стэнли.
Что еще? Вместо покинувшего Новосибирск нашего экс-капитана Андрея Ащева на позиции блокирующего хорош молодой Артем Вольвич. Еще два года назад это был далеко не тот игрок, что сейчас. Он — наша главная надежда на блоке. Все это слилось воедино и приносит результат. Но для его поддержания нужно постоянно работать. Однако из-за бесконечных переездов и перелетов у нас просто не было на это времени.

— И последний вопрос. Новосибирск, кажется, стал для вас вторым домом после Гродно?
— Это не такой мегаполис, как Москва, где жить, по-моему, абсолютно невозможно — на поездку куда-то можно потратить чуть ли не весь день. Новосибирск — полная противоположность. Город приятно удивил меня сразу. Жители очень похожи на белорусов — такие же интеллигентные, доброжелательные. Опять-таки много академиков. Не зря же Новосибирск считается центром российской науки. Говорят, культурная столица страны — Петербург. Не знаю, не знаю.
Если честно, легионеры боятся ехать так далеко от Москвы. Но это только изначально. Да, это Сибирь. Однако город относится к той же климатической зоне, что и Беларусь. Зимы действительно морозные, но не влажные, и поэтому переносятся гораздо легче. К тому же Новосибирск — очень солнечный, да и просто великолепный.
Мне мама иногда может сказать, мол, эка ты далеко забрался. Но таково мнение людей, которые мало летают. От Минска до Новосибирска самолетом — почти столько же, сколько до Гродно — автобусом. Город мне очень нравится. Рад, что за последние годы стал лицом “Локомотива”. Меня узнают на улицах. Это, конечно, не стимул показывать результаты, но все-таки. Тем более после Олимпиады внимания стало еще больше. От этого, конечно, устаешь. Но оно приятно всегда.



Комментарии (6)

nketya 19 Май 2018 23:01
псы-волейболисты
nketya 19 Май 2018 22:52
"dik2" писал(а):
Не совсем. Почти нигде. В некоторых странах вполне хорошо относятся"
так хорошо что себя считают русскими
dik2 19 Май 2018 22:10
Не совсем. Почти нигде. В некоторых странах вполне хорошо относятся
Alecha54 19 Май 2018 22:08
вроде и парень неглупый, но.. во -первых сравнивать Беларусь и Татарстан это двойка. Ну и на хороший вопрос-почему в сборной России много натурализованных слукавил. И дурню ясно-бабло победило, а родина там, где жопе тепло
Dm.Vic 09 Янв 2013 21:36
Однозначно! статья хорошая! Удачи, Саша!